Наказание последует неминуемо, а в случае множества жертв, чиновник будет казнён, невзирая на происхождение и прошлые заслуги. Да и армия более не имеет права давить народные бунты. Вскоре все вопросы подобного рода будет решать полиция и её отряды. Но каждое дело сначала рассмотрит представитель Ревизион-коллегии и ЕИВ канцелярии. Дворяне ещё не поняли, что вскоре именно им придётся отвечать за вспыхнувшие волнения и бунты. Теперь это дело государственное, и человек, доведший людей до крайних мер, становится преступником. Заодно отвечать придётся и местным властям, проигнорировавшим жалобы простого народа.
Губернаторы пока не поняли моей задумки, считая её блажью. А вот некоторые главы уездов начали подавать в отставку. Их никто и не держит. После ревизии пусть идут на все четыре стороны. Только есть у меня подозрение, что всех их ждёт дорога на восток. Хотя я недавно издал указ, что провинившиеся служащие будут направляться в штрафной батальон. На каторге от них толку мало. А засорять сибирские учреждения всякой поганью я не собираюсь. Пусть доказывают своё право на жизнь с оружием в руках. Ведь ныне под удар попадают и семьи преступников. Нет, никто не собирается сажать женщин и детей в тюрьму. Просто конфискация имущества делает их нищими или приживалками у родственников. Подготовка указа вызвала немало споров со стороны «шестёрки». Но вельможи были вынуждены согласиться, что виновных в нанесении вреда государству, надо наказывать именно таким способом. А вот казнокрадам повезло, и для них пока предусмотрены более лёгкие расправы, несмотря на моё желание ввести смертную казнь для расхитителей. Только я своего добьюсь и продавлю решение через Госсовет. Пусть это случится через пять лет.
В договор с башкирами пришлось внести и дополнения. Жизнь не стоит на месте, а в землях, принадлежащих общинам кочевников, залегает немало богатств. Я предложил, чтобы государство или заводчики выкупали право на использование их владений. Также хозяева земель могут получить пай в будущем заводе или руднике, если внесут соответствующую сумму кроме земельного участка. Подобное нововведение понравилось Ижбулатову, происходящему из семейства рудопромышленников. По его словам, местный народ всячески оттесняют от возможности плавить металл и добывать соль с прочими минералами. То же самое касается торговли, захваченной вроде как казанскими купцами. Но на поверку злодеями оказались мои старые друзья — старообрядцы. И таких моментов было немало.