Теперь же, когда все было потеряно и на выборах возглавляемые им правые эсеры даже не попали в новый советский парламент, Чернову больше не было причин оставаться в Советской России. Он запросил разрешения на выезд в Швецию, которое, к своему величайшему удивлению, тут же получил безо всяких проволочек.
Новая Советская Россия выбрасывала господина Чернова и ему подобных, брезгливо отряхивая руки. Им теперь оставалось лишь упаковать чемоданы и отряхнуть прах с подошв своих сапог. Конечно, вскорости взамен этих никчемных людишек через границу в обратном направлении полезет совсем другая микрофлора, вроде Савинкова, поднаторевшая в заговорах, шпионаже, терроре и убийствах. Но это никак не облегчит участь р-р-р-революционных краснобаев и демагогов, выброшенных прочь за ненадобностью. Впрочем, и тем, другим, тоже ничего не светит, ибо только та революция чего-нибудь стоит, которая умеет себя защитить.
Позавчера наша делегация во главе с Мехмед Ферид-пашой прибыла в Петроград. Мы отправились из Севастополя на спецпоезде, который доставил нас в столицу Советской России с удивительной скоростью – всего за двое с половиной суток. И это в стране, в которой лишь недавно закончилась смута. Ну, или революция, как принято здесь говорить – сначала одна, а потом и другая.
Вместе с нами в Петроград вернулся и бинбаши Мехмед-бей, который оказал нам неоценимую помощь. Он предоставил в наше распоряжение радиостанцию, с помощью которой мы могли даже во время движения поезда связываться со Стамбулом и получать информацию о том, что происходит у нас в стране. Там уже работала русская миссия, которую возглавил мой старый знакомый Саид-эфенди, оказавшийся офицером русской военной разведки капитаном Саидом Рашидовым. Через него и передавались телеграммы, предназначенные регенту Мехмеду Вехедеддину, зашифрованные личным шифром главой нашей делегации. Только по хитрой улыбке бинбаши Мехмед-бея – или майора Османова, как называли его на территории Советской России – шифры наши русские свободно читали, и содержание нашей корреспонденции для них не было секретом.
Вообще, с недавних пор мне стало казаться, что мы – турки – выглядим сейчас неразумными детишками, которые, не подумав о последствиях, сунулись играть по-крупному с большими дядями. Только отвечать нам за проигрыш теперь придется по-взрослому, безо всякого снисхождения. Но тут винить некого – те, кто впутал мою родину в эту авантюру, уже мертвы. Жаль только, что их нельзя еще раз осудить и торжественно повесить на стамбульском базаре.
По пути мы наблюдали за тем, что происходило вдоль железной дороги.