Автор
Летний урожай делил на две части: радость и страдание. Всех волновал один вопрос — что будет с Богданом Городовым, обвиненным во всех грехах захлебнувшимся в поле. Атмосфера загадочна и напряженна, как будто сам жатвенный процесс подтачивает почвы надежд и веры местного жителя....
Парней скрутили, девушку поставили в угол до выяснения, Ревякин полез в железный шкаф для инструментов, достал оттуда сумку, в которой нашлись похищенные деньги. Все, преступление раскрыто. Осталось только допросить задержанных, оформить материалы и передать их следователю…
Глава 6
Не хотел Несмеянов подписывать бумагу. Вроде бы и согласился сотрудничать с Богданом, но подкрепить договор подписью боялся.
– У тебя такой вид, как будто ты душу дьяволу собрался продать, – усмехнулся Богдан.
Ночь выдалась веселой, поспать удалось только под утро, и то не больше часа.
– Точно, душу свою продаю, – вздохнул Несмеянов.
– Ты ее уже продал. Когда на преступный путь встал… Думаешь, это игрушки? Нет. Сегодня мы трех бандитов арестовали. За разбой. И знаешь, кто они такие? Из банды Паши Мохнатого… И тебя такая же участь может ждать. Скажет Шурин дом ограбить и тебя на дело пошлет. А милиция не дремлет. А за разбой – это десять или даже пятнадцать лет, если с отягчающими.
– Но мы не грабим.
– А что вы делаете? Вымогаете?
– Ну, в общем, да…
– Вымогательство, телесные повреждения… В это ты уже вляпался. Тебе это нравится?
– Нет.
– Тогда подписывай бумагу и гуляй.
– Я лучше из дела выйду, чем так, – мотнул головой Несмеянов.
– Не вопрос. Отсидишь свое и выйдешь, – пожал плечами Богдан.
Это хорошо, что парень одумался.
– Но мы же договорились, – кисло посмотрел на него парень.
– Мы договорились, что ты будешь мне помогать. Вот и помогай. Ты не бандит, ты наш сотрудник, и когда разгромим вашу банду, тебе ничего не будет. А мы разгромим ее обязательно. Тогда и выйдешь из дела…
– Ну, если так…
Несмеянов уже готов был дать расписку о сотрудничестве, но только он поднес перо к бумаге, как рука отдернулась.
– Не могу.
После этого Богдан уговаривал его битый час, и в конце концов драгоценная бумага легла в пустую пока еще папку для хранения агентурных материалов.
А время уже половина первого. Дежурство давно закончилось. Но ведь и Ревякин еще на месте, хотя ему тоже можно идти отдыхать."
"Илья тоже выглядел усталым. Снаружи. Но изнутри он по-прежнему лучился энергией. И авторучка стремительно вычерчивала кривые буквы в журнале учета.
– Ну как там с Несмеяновым?
– Нормально. Подписку взял… Отпускать его надо.
