Автор
Летний урожай делил на две части: радость и страдание. Всех волновал один вопрос — что будет с Богданом Городовым, обвиненным во всех грехах захлебнувшимся в поле. Атмосфера загадочна и напряженна, как будто сам жатвенный процесс подтачивает почвы надежд и веры местного жителя....
Покушение на жизнь сотрудника милиции – дело серьезное…
– Лихо начал службу лейтенант, – перебил начальника Ревякин.
– Ну, не подставляться же ему под пулю и под нож.
– Дураков нет, – усмехнулся Богдан.
– Так держать, лейтенант, – подмигнул ему Шумов.
– Хороший из него опер выйдет, жаль будет потерять на взлете, – кивнул Ревякин.
– А что, есть опасения?"
"– Богдан с Рычагом сцепился. И первый инцидент из-за этого, и второй.
– Что там со вторым?
– Боюсь, что это Рычаг убийцу подослал.
– Да? Ну, тогда пошли.
Майор взял Ревякина под локоток и вывел его из кабинета, Богдан последовал за ними.
Начальник РОВД сидел за своим огромным лакированным столом, который запросто мог заменить собой двуспальную кровать – достаточно было настелить на него матрасы. В одной руке Измайлов держал сигарету, пальцами другой нервно барабанил по столешнице.
– Ну что, герой, как самочувствие? – спросил он, обращаясь к Богдану. – Поджилки не трясутся?
– Да нет, не страшно, – пожал плечами Богдан.
Неприятное это ощущение, когда знаешь, что на тебя охотятся. Но ведь он давно знал, что работа в милиции сопряжена с риском для жизни. Родной отец – наглядный тому пример. Может, и были сомнения, быть ему ментом или нет, но он уже сделал свой выбор.
– Это хорошо, что не страшно. Это очень хорошо. Но бояться надо. Без страха нет осторожности, а без этого в нашем деле никак… Ну, что там по этому Захаркину выяснили?
– Да гиблое дело, – покачал головой Ревякин.
– Но это точно не Рычаг был?
– Вы на него грешите? – Ревякин с интересом посмотрел на Измайлова. – Я тоже на него подумал… Только Рычаг не того полета птица, чтобы самому заказ делать. Кто-то из его людей это мог сделать…
– Я бы не так сказал.
– Нет.
– Вот видишь… Хотя все может быть. Время меняется, люди меняются. Может, попала Рычагу вожжа под хвост, вот он и взбесился… В общем, тебе, Городовой, расслабляться нельзя.
