Когда мы, наконец, добрались до верхней площадки, Ной свернул налево, в длинный коридор. Шикарные восточные ковры заглушали звук наших шагов, а я впитывала все детали висящих на стенах картин маслом. Наконец Ной остановился перед блестящей деревянной дверью. Он протянул руку, чтобы ее открыть, но, услышав сзади звук небрежно захлопнувшейся двери, мы обернулись.
— Ной? — спросил сонный голос.
Даже с рубчиками от подушки на лице уже знакомая мне девочка была абсолютно сногсшибательной. Она выглядела такой же потусторонне-ошеломляющей в комплекте из короткой сорочки на бретельках и шортов, как и в маскарадном костюме феи. Теперь, когда она была без этого костюма, не при пульсирующем свете клуба, мне стало ясно, что у нее такая же инопланетная красота, как и у Ноя. Ее волосы были такого же цвета темного меда, только длиннее; кончики их касались зашнурованного низа сорочки. Ее голубые глаза изумленно раскрылись, встретившись с моими.
— Не знала, что ты не один, — сказала девочка Ною, сдержав улыбку.
Он бросил на нее взгляд, потом повернулся ко мне.
— Мара, это моя сестра Кэти.
— Кэт, — поправила она, потом бросила на меня понимающий взгляд. — Утро доброе.
Я сумела ответить лишь кивком. В этот миг бойкий блондинистый капитан команды поддержки ходила колесом в моей полой вене. Его сестра. Его сестра!
— Вообще-то уже почти полдень, — сказал Ной.
Кэт пожала плечами и зевнула.
— Что ж, рада познакомиться, Мара, — сказала она и подмигнула мне, прежде чем пойти вниз по лестнице.
— Я тоже рада, — ухитрилась выдохнуть я.
Сердце неистовствовало у меня в груди.
Ной полностью открыл дверь, и я попыталась взять себя в руки. Это ничего не меняло. Ровным счетом ничего. Ной Шоу все равно был распутником, все равно был поганцем, и все равно я была ему не ровня. Такова была мантра, которую я мысленно повторяла снова и снова, пока Ной не наклонил слегка голову набок и не спросил:
Комната Ноя испугала меня. В центре ее доминировала низкая современная кровать без пружин, но, не считая кровати, в комнате не было никакой мебели, кроме длинного стола, ненавязчиво скрывавшегося в алькове.
Ни постеров. Ни грязного белья. Только гитара, прислоненная к боку кровати. И книги.
На встроенных полках от пола до потолка — ряды и ряды книг. Солнечный свет лился в громадные окна, выходившие на залив Бискейн.
Я никогда не представляла, как выглядит комната Ноя, но если бы представила, такое не пришло бы мне в голову. Она явно была роскошной. Но… Пустой. Как будто в ней никто не жил. Я обошла комнату, проводя пальцами по корешкам некоторых книг.
— Частная коллекция Ноя Шоу к вашим услугам, — сказал он.
Я уставилась на заголовки.
— Не может быть, чтобы ты все их прочитал.