Автор
В темном спальне, где ночь заволокла все звуки, я бросилась к кровати. Пуховое одеяние было последней защитой от ледяного ветра за окном, как будто поглощая душевные трения. Так начинается тайная история в Непогоде — мире, где каждое движение становится шагом к самому себе....
Я и сижу-то сейчас только потому, что иного выбора не имеется. Ни на скандал, ни на просьбу меня уже не хватит – проще дождаться инициативы от Антона. Вряд ли, допив чай, он напросится ночевать: мы, к счастью, не в сказке про лубяную избушку.
– Ты уверена, что так будет лучше?
Я устало зажмуриваюсь, подавляя нарастающую внутри волну возмущения и протеста. Знала же, что Антон сегодня не уйдет без своего традиционного допроса.
– Уверена. – Ответ дается мне легко, несмотря на все имеющиеся в душе сомнения. Я долго репетировала уверенность, с которой сейчас говорю.
– Хм. – Антон отодвигает от себя кружку и будто бы неохотно поднимается из-за стола. – Я тебя услышал, – сообщает он мне.
– Спасибо. – Я искренне надеюсь, что он и правда прекратит эти попытки прогнуть мою волю. Бороться с Антоном, если он решит, что искать новую жену долго и неудобно, не хочется.
– Проводишь? – спрашивает он и кивает в сторону двери из кухни.
– Конечно.
Пока мы идем в прихожую, меня одновременно одолевают и терзают самые разные чувства: от облегчения и нетерпения – скорее бы снять эту непоколебимую маску спокойствия, до сожаления и рвущей душу тоски – очередное расставание с Антом несет в себе боль. В груди давит тяжесть, в глазах щиплет, но я размеренно дышу и часто-часто моргаю.
Все еще не оборачиваясь, Антон обувается, затем тянется за курткой, и мы, наконец, встречаемся взглядами.
Впрочем, Антон тоже не спешит уходить. В его глазах мелькает что-то странное, непривычное – это и заставляет меня качнуть головой, запрещая притяжению толкнуть нас обоих на непоправимое и почти случившееся несколько часов назад на пороге другой квартиры.
Ничего между нами не изменилось. Вот что я должна помнить.
Вокруг нас теперь бродят фантомы прошлого, но поддаваться им нельзя.
Глава 15
Дверь за его спиной захлопывается, едва Антон обеими ногами ступает на лестничную клетку. Такая поспешность в стремлении Веры поскорее возвести между ними мало-мальски материальное препятствие смешит и злит одновременно.
