— Так, значит. — я сжала вилку в руке и досчитала до пяти, понимая, что сейчас воткну ее в глотку этого эгоиста. — Я совершила ошибку, решив, что к тебе можно относиться, как к человеку. Вот что, принц на белом коне, засунь свой никях себе… туда, куда никогда солнце не заглядывает. Я отказываюсь.
— Слишком поздно, — Висам как ни в чем ни бывало коснулся губ полотняной салфеткой. — Ты станешь моей завтра к вечеру. И поверь, если что-то сделаешь, тебе мало не покажется. Я всегда получаю свое.
— Я тебя ненавижу… — прошептала я, ощущая, как горло сжала тугая пелена.
— Возможно, — самодовольно усмехнулся принц. — Но поверь моему слову. Скоро будешь любить. Как никогда прежде, забыв собственное имя…
Слова Висама подкосили меня. И когда наступило утро, а меня пришли готовить к обряду, в который внесли некоторые поправки, я решительно потребовала разговора с Амани. Потребовала, подсознательно понимая, что шейха пообещает мне все, что угодно. Она выбрала позицию доброго копа.
Но ей пришлось самой прийти ко мне. Прийти в тот момент, когда я довела девчонок, явившихся подготовить к церемонии, до белого каления. Оценила обстановку и заставила всех выйти.
Напряжение всех дней, которые я провела во дворце, почти сломило меня. До такой степени, что я видела в никяхе шанс вырваться из этого кошмара. Может, поэтому Амани удалось меня уговорить. В плане «приболтать» шейха была незаменима.
Лавируя между тонкостями обряда, лишенной под собой оснований горячностью сына и обещаниями, жена эмира смогла меня успокоить. Я уже намного больше разобралась в традициях, особого влияния на меня чужая вера не имела, поэтому все, чего мне хотелось — это чтобы скорее провели никях и я наконец вздохнула свободно за стенами дворца. Понимала, что мать Висама сделает все, чтобы счастлив был сын. Но пока у меня оставался шанс, я готова была пройти через все, что уготовлено.
В детстве я не мечтала, как все девчонки, о белом платье и фате. С ранних лет меня манил мир бизнеса. Я часто бывала у отца на работе и знала, что однажды семейный бизнес станет моим.
Говорят, мечты сбываются и не совсем так, как мы себе это представляем. Как представляла свою свадьбу без особого интереса, с размытым абстрактным образом жениха, без гостей и неизвестной мне церемонии регистрации — так все и произошло. На моей свадьбе не было матери. Друзей. Родни. Даже жених отсутствовал на первой части церемонии.
Имам и тот самый араб, что оформлял догоаор «Орфи» — в качестве моего представителя, как пояснила Амани, совершали церемонию вдали от женской половины дворца. Без невесты, как и в случае с Газаль! Я даже Висама сегодня не видела. Мелькнула мысль, что он избегает смотреть мне в глаза после вчерашнего проявления эмоций. И впервые показалась мне не такой уж и дикой.