В зале царил таинственный покой, нарушаемый лишь легким шелестом бумаги и далекими голосами. Алась привлекла внимание темноволосого генерала-дракона в белоснежном костюме, а его сильный запах лимонной цедры в сочетании с хвойным парком исходил из него необычайно волнующе....
– Ну, говори, Фредерик, чего мнёшься? – Скарсгард сунул талмуд обратно под мышку и расправил плечи.
– Меня принц Гарольд вызвал на днях… – виновато вздохнул инквизитор. – Выглядит он плохо, только губы шевелятся, но орёт, проклятье, так громко, что уши закладывает! Он узнал, что ловушки в храме на твоей свадьбе сработали первее остальных, и начал меня драть. Приказал проверить всех, кто там был на предмет, если в кого чужак вселился, абсолютно всех… Ну, я и сам проверил всех ещё в первый день, понимаешь… Кроме твоих гвардейцев, Георг, которые уехали с тобой в Милтон.
– Хорошо. Направлю, – ответил сквозь зубы генерал.
При упоминании Гарольда внутри поднялся гнев, а вместе с ним и сила магии тьмы зарычала, как зверь, запертый в клетке. Генерал до сих пор не мог простить брата за предательство. Фишер, даже отшатнулся, увидев его яростное лицо.
Каждый раз, когда Георг слышал о том, что принц Гарольд лезет в его дела, то не мог сдержаться – отправлялся сразу на полигон и давал своему внутреннему зверю выплеснуть ярость.
Алексия была с Георгом, пока он был завидным женихом, высокопоставленным офицером с блестящим будущим. А потом… переметнулась к брату.
Но Георг тогда оправился от ран. Вернулся в столицу и вызвал брата на дуэль. Он отомстил за предательство, отстоял свою честь, как положено дракону и офицеру.
– Когда проверю твоих гвардейцев, – продолжил Фишер снова виновато, – останетесь только вы с супругой… Я тебя тоже должен проверить. Прости, Георг…
– Меня можешь проверить хоть сейчас, Фредерик! – ответил генерал, выставляя вперёд руку. – А супруга моя больна и без сознания. Допущу к ней только тогда, когда она полностью поправится.
