В комнате полыхает огонь — будто разгорается тайна, скрывающая истинную суть семейной жизни. Каждый шаг Дарклиона Лонгрей открывает новый слой, заставляя задуматься о том, что брак не является простым выбором. Здесь нет легкости и умиротворения — только непокорные женщины и мужчины, решившиеся на поступки, которые изменят их жизнь до глубинных слоев....
— Что за место такое Эйтилия? У меня была пятерка по географии, но я не слышала о таком.
— Просто это другой мир, Марго, — ответила леди Малива.
Просто? Да ничего подобного! Это очень даже сложно и непонятно, и жутко, и по-настоящему крышесносно. Новость буквально прибила меня к полу. Что-то еще спрашивать было страшно. Мало ли каким будет ответ.
Но теперь хотя бы ясно, почему я не нашла информации о своих родных. Не там искала. Надо было в другом мире, а я все у нас, да у нас.
С губ сорвался нервный смешок, и я поспешно зажала рот ладонью.
Леди Малива пошла вперед, и я поспешила за ней. Она мне категорически не нравилась, но оставаться одной в чужом пугающем доме тоже не хотелось. В итоге мы пришли в уютную гостиную, где уже сидела девушка года на три меня младше.
Леди Малива обратилась к девушке на незнакомом языке. Ну да, все логично, другой мир – другой язык.
На девушку ее слова произвели впечатление. Она смотрела на меня, открыв рот.
— Что вы ей сказали? — спросила я.
— Что ты ее старшая сестра по матери, — бросила леди Малива в своей обычной холодной манере.
Настал мой черед уронить челюсть на пол. Мы с девушкой уставились друг на друга. Второй шок за последние несколько минут. Еще один – и мои мозги вскипят. Сестра! У моей матери были дети после меня? Это что же получается, она не умерла, а просто бросила меня?
То есть пока я выживала во враждебной среде, моя сестра жила на всем готовом в красивом богатом доме, окруженная любовью.
Я уже не ребенок, но предательство больно в любом возрасте. Особенно, когда предает та, кто должна любить и заботиться. Надеюсь, у матери были веские причины, чтобы так со мной поступить.
2--2
Я во все глаза смотрела на сестру. Миловидное лицо, русые локоны – она была совершенно непохожа на меня. Просто ноль общего.
Первой опомнилась моя внезапно обретенная сестра и что-то быстро заговорила на чужом языке.
Тогда леди Малива шагнула ко мне, протянула руку, и я ощутила, как что-то больно сжало мочку уха.
— Ой! — воскликнула. — Вы чего?
— Эта клипса поможет тебе общаться на языке Эйтилии. Не снимай ее, — пояснила она. Кстати, на чужом языке, который я действительно поняла без проблем. — Но артефакт не означает, что тебе не надо учить язык.
