Пока моего отца нет и я – вроде как символичный барон. Они не могут ослушаться. В основном. Разве что Тео. Он слишком привязан ко мне, всё-таки я ему как сестра. Хотя и с ним я справлюсь. Так или иначе, – улыбнулась с грустью. – Но что будет, когда вернётся мой отец? Рано или поздно он вернётся. Никогда и ни за что ни один барон Карибского побережья не примет такое предательство с моей стороны. Они же с Ником поубивают друг друга. Никогда не смогут договориться и примириться, я своего отца слишком хорошо знаю, чтобы обманываться на этот счёт. Может быть в вашем мире понятие пары неприкосновенно, но в нашем такого понятия не существует. Только если как признание слабости, от которой нужно избавляться. Просто так мой отец это тоже не оставит. И что будет тогда? Прольётся много крови. Моей семьи. Огненного клана. Других семей Картахена-Де-Индиас. А оно того разве стоит? Десятки жизней против двух?
Я всё задавала и задавала вопросы, ответы на которые и сама не хотела знать, вот и продолжала в том же духе:
– И кем я буду в таком случае? Как я смогу выбрать одну из сторон? Я не смогу. Не получится. Пара никогда не предаст свою пару, но и предать тех, кто дал мне жизнь, тех, кто сделал меня тем, кто я есть – тоже невозможно. Как и в глаза смотреть кому-то одному из них потом будет немыслимо.
Владимир молчал долго. Мы уже въехали в дальний фавел, когда он, наконец, заговорил.
– Если и прольётся чья-то кровь, то исключительно Ника. Я плохо знаю твою пару, точнее правильнее будет сказать, вообще не знаю, но то, что я считал вчера из его мыслей… Он всё сделает для того, чтобы ты была счастлива, и если для этого нужно отречься от своего клана, стать их врагом, вступив в семью Вега, он это сделает. Так что тебе нечего опасаться. Он и в Рио привёз тебя только для того, чтобы обезопасить ваше право парности, а не потому что ему просто в голову взбрело тебя похитить. Всё-таки против силы двух семейств, твоей и Ньето, в одиночку ему не выстоять. Так что это был правильный ход с его стороны.
Кажется, он меня не совсем понял…
Мой отец его убьёт. Хоть что пусть Ник делает. Просто потому, что он – Оливейра. Единственное исключение во всём этом – только если случится наоборот. И я даже не знаю, что из этого хуже.
– Не лишит. Просто доверься Николасу. У него в голове интересный план. Должно выгореть.
Одарила собеседника скептическим взглядом.
– Не многовато ли оптимизма для того, кто ещё пять минут назад хотел надеяться на моё упрямство?
Внедорожник резко затормозил.
