Оксана Северная становится трофеем варвара, а её судьба зависит от воли Изгнанника. Между настоящим и будущим разворачивается напряженная интрига, где одна сторона стремится к власти, а другая ищет надежду. Непокорный трофей оказывается в центре жестокой борьбы за выживание.
Раздел Chitat.online для книги «Непокорный трофей» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Оксана Северная становится трофеем варвара, а её судьба зависит от воли Изгнанника. Между настоящим и будущим разворачивается напряженная интрига, где одна сторона стремится к власти, а другая ищет надежду. Непокорный трофей оказывается в центре жестокой борьбы за выживание.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Оксана Северная становится трофеем варвара, а её судьба зависит от воли Изгнанника. Между настоящим и будущим разворачивается напряженная интрига, где одна сторона стремится к власти, а другая ищет надежду. Непокорный трофей оказывается в центре жестокой борьбы за выживание.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
- В таком случае, я начну первым, - кивнул Изгнанник, глядя мне прямо в глаза. - Цена моего бессмертия - душа! Я теряю часть души, с каждой смертью. И однажды, потеряю ее полностью.
На мгновение все слова застряли в горле. Что? Душа?! Темное колдовство, возвращающее его к жизни, забирает саму его сущность. И кем он станет? В кого превратится?! И как я теперь могла ему довериться?
- И это ты называешь бессмертием? - заговорила, стараясь совладать с нахлынувшими чувствами. - Чары же разрушают тебя.
- Ты думаешь, что я этого не понимаю? - хмыкнул Торем. - Мне остается надеяться, что не превращусь в зверя до того, как мои люди будут в безопасности. И… надеюсь, у этого королевства будет сильная мудрая королева. В остальном… Я ничего не могу с этим поделать, - Рем перевел дыхание, и спросил. - Теперь твоя очередь. Так что за видения тебя посещают?
Втянула горячий влажный воздух, будто собралась нырять в морскую пучину.
- Три удара сердца, - выдохнула и сама не верила, что произнесла это вслух. - Я вижу то что и человек в последние мгновения жизни, пока его сердце не остановится. Стоит заглянуть в глаза. Об этом знал лишь отец и… теперь ты.
- Твой брат не знает о твоем даре? - удивился Торем. - Мне казалось, что до недавнего времени ты верила ему, любила его. Почему же скрывала свой дар?
- Отец велел никому не рассказывать о том, что я вижу. Ведь это не дар, скорее… проклятие.
- Почему же? – в тоне голоса Торема послышалось удивление. - Мне кажется, знать и иметь возможность изменить судьбу, не такое уж и проклятье.
- Имею ли я право вмешиваться в судьбу? Какие будут последствия? Отец говорил, что смерть лишь часть пути и предначертанное свыше не изменить.
- Если так, то ты и не изменишь ничего! - пожал плечами Торем. - Но мне кажется, что если не попробовать, то и не узнать. И если бы боги не оставила возможностей, то и не мучили тебя видениями. Боги хитры и жестоки, но они ничего не дают просто так. Другое дело, хочешь ли ты помогать?
- Сейчас моя очередь спрашивать? - мотнула головой. - Думал ли ты, как избавится от своего бессмертия. Или жизнь без души для тебя предпочтительней?
В глазах Торема мелькнуло сомнение и… обреченность.
- Я думаю об этом с тех пор, как понял, что превращаюсь в зверя, - опершись на каменный выступ и бросив взгляд на живущий своей жизнью Орлей, ответил Торем. - Но ответы ушли от меня вместе с Хельдой. И боюсь, что мне не удастся уйти от расплаты за дары ведьмы. Она знает, как вернуть мне то, что я утратил. Но… я бы предпочел смерть, чем снова связываться с ведьмами. Они хитры и мстительны. И сами себе на уме.
- Мне казалось, ты любил ее, - проговорила едва слышно.
- Я никогда не любил ее. До недавнего я вообще не знал, что это за чувство, - он бросил на меня короткий взгляд и снова отвернулся. - Но она многое мне дала.
