Автор
В дымных подворотнях Киры нет места для жизни. Её тело медленно сжигается от запаха газа, и лишь ее ум продолжает бороться за выживание. Вокруг бесконечная стена мрака, где каждое кричанье звучит как вопль в ледяном море безвыходности.
Я пытаюсь сказать, что не очень голодна, то Вера под столом наступает мне на ногу и я просто улыбаюсь и даже шучу, что Варфоломеев еще не в курсе, что его жена — транжира.
Но аппетита все равно нет. В голове блуждают мысли о прошлом, которое теперь кажется похожим на дурной сон, в котором я была Золушкой, о которой писали в модных журналах и светской хронике, но о которой забыли на следующий день после ее падения с Олимпа. Я благодарна Диме за то, что он стер наше расставание, сделал его «невидимым» для прессы и оградил от вещей, которые бы обязательно испортили мне жизнь.
Глава шестнадцатая: Кира
— Я вытрясла из Варфоломеева свадебный подарок, — торжественно сообщает Юля после третьего по счету тоста.
Я почти ничего не ем, поэтому голова уже немного кружится. Делаю совсем маленький глоточек, фактически, просто макаю губы в колючую от пузырьков мускатную сладость.
— Мы летим на тропические острова! На десять дней! — Юля чуть не опрокидывает со стола тарелку, так активно жестикулирует.
Я сглатываю сухой комок непрошенных воспоминаний, которые, словно партизаны, начинают штурмовать мою голову из всех щелей. Пляж, песок, шум прибоя и воздух со вкусом тропических фруктов, сладкий до дымки в глазах. И жадный убивающий поцелуй, от которого хотелось плакать и добровольно взойти на плаху.
Тошно от самой себя, что в такой ответственный момент, не могу от всей души порадоваться за подругу. Потому что, словно назло, стоило вспомнить Габриэля, мне почему-то начинает мерещиться его запах, и я инстинктивно задерживаю дыхание. А потом его голос — сразу в оба уха, смех с хрипотцой, от которой пробирает по всему позвоночнику до самого копчика.
— Мне нужно в туалет, — бормочу я и комкаю салфетку до состояния бумажного шарика.
Это все нервы, от которых мой желудок снова подворачивает выплеснуть все, что я съела.
— Все хорошо? — беспокоится Вера, и уже поднимается, чтобы пойти со мной, но я успеваю ее остановить.
Я лавирую между столиками, натыкаюсь на женщину в дорогом костюме и бормочу извинения, когда она фыркает мне в лицо. Я вроде пытаюсь убежать от воспоминаний, от проклятого голоса, но он летит на меня скоростным экспрессом.
