Автор
Вирджиния Клей выходит замуж за красивого герцога за деньги её матери, убеждённая, что её жизнь кончена. Но свадьба оказывается началом опасной интриги, где подлинная любовь переплетается с тайнами и предательством. Героине предстоит разгадать загадку сердца своего мужа и найти своё счастье...
Раздел Chitat.online для книги «Непостижимое сердце» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Вирджиния Клей выходит замуж за красивого герцога за деньги её матери, убеждённая, что её жизнь кончена. Но свадьба оказывается началом опасной интриги, где подлинная любовь переплетается с тайнами и предательством. Героине предстоит разгадать загадку сердца своего мужа и найти своё счастье...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Вирджиния Клей выходит замуж за красивого герцога за деньги её матери, убеждённая, что её жизнь кончена. Но свадьба оказывается началом опасной интриги, где подлинная любовь переплетается с тайнами и предательством. Героине предстоит разгадать загадку сердца своего мужа и найти своё счастье...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Вирджиния видела, что обычно белое лицо герцогини было теперь багрового цвета, глаза, казалось, вылезли из орбит, а рот оставался открытым.
– Воды! Принесите… воды… бренди… чего-нибудь! – кричала мисс Маршбанкс, и, когда Вирджиния повернулась, повинуясь ее приказу, от двери донесся требовательный голос:
– Что здесь происходит?
– Себастьян! – Вирджиния скорее выдохнула, чем произнесла его имя и бросилась к нему с чувством огромного облегчения.
Герцог окинул взглядом мистера Уорнера, пытавшегося усадить беспокойного лорда Рафтона в кресло, и мисс Маршбанкс, кричавшую во весь голос рядом с телом герцогини, лежавшим на полу.
– Что он с ней сделал? О, ваша светлость, что он сделал с ней? – завопила мисс Маршбанкс при виде герцога.
Герцог шагнул вперед, наклонился и поднял мать.
– Идите за мной, – резко приказал он и, выйдя в открытую дверь, зашагал по коридору.
Он шел быстро, мисс Маршбанкс следовала за ним, не переставая рыдать. Вирджиния шла позади, пораженная тем, что увидела, и чувствуя себя так, словно очутилась в ужасном ночном кошмаре, отрешиться от которого она была не в силах. Казалось, что они никогда не дойдут до комнаты герцогини. Герцог задержался на секунду, чтобы мисс Маршбанкс открыла дверь, а затем внес мать в спальню и положил ее на просторную кровать под балдахином, стоявшую на возвышении, покрытом белым меховым ковром.
– Бренди! – резко приказал он.
Мисс Маршбанкс подбежала к умывальнику. На мраморной доске стоял небольшой хрустальный графин, содержимое которого явно было известно ей. Она вытащила пробку и налила бренди в стакан. Затем герцог, обняв мать за плечи, приподнял ее на постели и поднес стакан к ее губам.
Вирджиния видела, что глаза герцогини больше не вылезают из орбит и что ужасный цвет ее лица немного побледнел.
– Она еще жива, – прошептала мисс Маршбанкс.
Герцог попытался насильно влить немного бренди в рот матери. Похоже, ему это удалось, так как через мгновение глаза герцогини заблестели.
– Она жива, – повторила мисс Маршбанкс. – О, слава богу, она жива!
Губы герцогини шевельнулись, будто она хотела заговорить, а затем внезапно все ее тело потрясла конвульсия. Голова ее откинулась назад, и она замерла. Очень осторожно герцог опустил мать на подушку.
Мисс Маршбанкс издала душераздирающий крик:
– Она мертва! О, ваша светлость, сделайте что-нибудь! Она не должна умереть! Она не может умереть… вот так!
Герцог стоял, опустив глаза на свою мать, и на секунду Вирджиния, наблюдавшая за ним, подумала, что он не слышит крика мисс Маршбанкс. Затем он тихо произнес:
– Да, она умерла!
Он пересек комнату и закрыл дверь, которая оставалась полуоткрытой, когда они вошли в комнату.
– Мне нужно кое-что сказать вам обеим, – произнес он.
