Автор
В темноте ночи и ярости разбойников, Сабрина ощущала безмолвную борьбу внутри себя. Улицы вокруг погрузились в тень, а роковые выстрелы и свист стрел наполняли воздух беспомощным трепанием. Кровавый свет неба лишь добавлял гнетущей угрозы, окутывая мир в холодную мольбу за живучесть....
Минуту Слоан вглядывался в лицо жены и наконец вздохнул:
— Она сама сказала об этом?
— Она ничего не стала отрицать. О, Слоан, как это ужасно! Откуда в нем столько жестокости? Как он может так обращаться с женой? Неужели ничего нельзя поделать?
— Сабрина, если я попробую обвинить его в избиении жены, он станет все отрицать. Разгорится спор, а может, и драка, и меня обвинят в намеренной провокации: ведь Дженкинс постоянно называет меня предателем, помня о моей индейской крови.
— Не могу дождаться, когда он покинет форт и оставит Джин в покое! — пылко выговорила Сабрина.
Слоан не сводил с нее взгляда.
— Значит, ты тоже будешь рада, когда я уеду отсюда?
— Я уже говорила: я не желаю тебе зла, — бесстрастно произнесла Сабрина.
Музыка смолкла, Ллойд поблагодарил Марлен за танец. По какой-то причине его взгляд упал на Сабрину.
Должно быть, гнев и презрение отчетливо отражались в ее глазах, поскольку Ллойд долго смотрел на нее в упор, а затем отвернулся и покинул танцевальную площадку. Сабрина увидела, как он направился к своему дому.
— Слоан!
— Что такое?
— Он догадался! Он понял, что я обо всем знаю! И, должно быть, решил, что Джин проболталась. Боюсь, он… снова изобьет ее.
— Сабрина, откуда он мог узнать?
— Понятия не имею, но это так! — настаивала она. Ллойд был уже у самой двери своего дома.
Сабрина не знала, что делать, и помнила только о беззащитной и беспомощной Джин. Она обернулась к Слоану:
— Мы должны ей помочь!
Не дожидаясь ответа, она бросилась бегом к дому Дженкинсов.
Чертыхнувшись, Слоан последовал за ней.
Он догнал ее у самой двери, из-за которой донесся слабый крик ужаса Джин.
Высадив дверь плечом, Слоан распахнул ее. Сабрина ворвалась в дом следом за мужем и увидела, как Слоан оттаскивает рассвирепевшего Ллойда Дженкинса от жены. Джин скорчилась в углу, дрожа и всхлипывая. Мужчины покатились по полу, обмениваясь нешуточными ударами.
Но силы были неравными: кулаками Слоан владел не хуже, чем оружием. Вскоре Ллойд Дженкинс взмолился о пощаде, называя Слоана кровожадным дикарем.
— Что, черт возьми, здесь происходит? — гневно выкрикнул генерал Терри.
Он перевел взгляд со Слоана на Дженкинса, затем обратно, мельком взглянул на всхлипывающую Джин и, наконец, на Сабрину.
Та открыла рот, пытаясь объясниться, но Джин простонала:
— Сабрина! Сабрина замерла.
