Автор
В Америке во время войны Дэвид находит способность воспринимать даже незначительные изменения в ветре. Его взгляд прорывался через проступки окна, где он угадывал ее silhouette — девушку-сирену, зажигаемую звездами и мерцанием свечей. Эта книга о любви, силе ветра и неповторимых переживаниях войны....
В толпе поднялся гул, зрители принялись выкрикивать имя Дагласов, а навстречу брату вышел Ястреб. Следуя правилам старинной игры, они бросили друг другу вызов и продолжили состязание вдвоем. Шона была счастлива, она забыла свои горечь и страх и наблюдала за братьями с таким же восторгом, как все, кто окружал ее.
— Шона! — Она обернулась. Сзади стоял Алистер.
— Шона, пойдем со мной.
— Зачем?
— Мы слишком удалились от своих. Надо вернуться.
Она поняла, что имеет в виду Алистер: толпа следовала за соревнующимися.
Она огляделась в растущей тревоге: рядом не было ни одного знакомого лица. Поблизости стояли незнакомцы в громоздких костюмах из перьев, листьев и меха. Она оказалась среди чужих в тени одного из самых крупных камней.
— Шона, идем!
Алистер потянул ее за руку, пытаясь обвести вокруг камня и оказаться подальше от тени, среди знакомых людей.
Он смотрел на нее синими глазами Мак-Гиннисов, и Шона вдруг вспомнила о времени, когда безгранично доверяла ему.
— Я видела Эдвину. Я найду ее, — торопливо пробормотала Шона и в панике бросилась прочь от Алистера, проталкиваясь сквозь толпу. Только спустя несколько минут она остановилась и огляделась.
Алистера нигде не было. Шона прислонилась к камню, закрыв глаза и тяжело дыша. Как глупо! Ей не следовало убегать от Алистера — он исчез в толпе, как иголка в стоге сена. Шона чуть не вскрикнула, когда кто-то потянул ее за рукав.
— Шона, детка, с тобой все хорошо?"
"Мгновение сердце Шоны билось так, словно стремилось выскочить из груди, но немного погодя она узнала в Отце Время своего дедушку Лоуэлла, который вновь облачился в костюм после того, как в свою очередь бросил бревно.
— Со мной ничего не случилось, дедушка.
Он широко улыбнулся, обнял Шону за талию и поцеловал ее в щеку.
— Ты счастлива, детка? — спросил он.
— Да, дедушка, — осторожно ответила Шона.
— Хорошо, что ты не забываешь про ребенка.
— Да, — кивнула она. Слова Лоуэлла прозвучали странно. Должно быть, он знал что-то про Дэнни.
— Дедушка Лоуэлл, тебе что-нибудь известно?
— Что? Со слухом у меня неважно, детка. Что ты сказала?
— Я сказала…
— Как здесь шумно! Чертовы волынки! Такое редко услышишь от шотландца, верно?
— Я сказала…
— Иди сюда, чтобы я мог слышать, что ты говоришь.
