— О чем ты думаешь? — вдруг слышу его голос, где-то на краю подсознания. Раздражает дико. Не мог подождать?! Оказывается, мы уже стоим на подземной парковке, а Гена вышел из машины.
— Ну точно не о том, как вы мастурбируете, — говорю резко и только потом понимаю, что сморозила. Хлопаю ресницами. Но уже поздно, потому что Распутин сминает мои волосы одной рукой, второй дергает к себе за подбородок. Я уже открываю рот, чтобы закричать, возмутиться, но он просто толкает в меня свой язык, затевая в моем рту настоящее сражение. Я обнимаю его руками, чувствуя, как покалывает все тело от восторга, а бабочки взмывают все выше, пока его язык скользит по небу, зубам, моему языку.
— Ты остыла? Едем ко мне? — спрашивает он мягко, скользя рукой по спине, к груди и обратно.
— А завтра я просто выйду на работу.
— Нет, Маш. Либо работа, либо секс.
— Тогда работа, — вырываюсь из его объятий, толкаю в грудь и выхожу из машины. Хотя и немного покачиваясь. Ничего, ничего. Жила без секса столько лет и еще проживу. В конце концов, всегда можно купить себе вибратор, если прям совсем припрет.
Мама устроилась хорошо. Она позвонила мне сразу же, как только ее встретили. Потом уже из клиники, где ее разместили в отдельной палате. И мне бы радоваться и улыбаться, но каждый день на электронную почту приходили чеки о потраченной сумме за сутки пребывания в этой клинике. Каждый из них как удар меча по моей нервной системе. Получив зарплату в пятницу, я сразу перевела все в клинику, чтобы дышать было хоть немного легче. Но это значит, что больше никаких занятий пилоном, никаких вкусных булочек перед сном и никаких такси. В первый день отказа от тренировок ныло все тело. Не получив нужной нагрузки, я не могла заснуть пол ночи и пришла на работу как сомнамбула. Кажется, даже земля качается под моими ногами.
— Мария Викторовна, вы меня слышите?
— Слышу, — дергаю головой, пытаясь понять, что он говорил. А, да. — Я уже позвонила в «Альтаир», у них на границе проблемы.
— Соедините меня с ним. Мне еще задержек не хватало.
Его раздраженный тон в последнюю неделю я пропускаю мимо ушей. Мне просто не до этой любовной дури, тут как бы с голоду не подохнуть.
Звоню главе «Альтаира», соединю с боссом и, пока он шипит и показывает свой нрав, опустошаю вазочку с печеньем. Наверное, не стоило совсем всю зарплату отдавать, да? Придется брать еще один кредит. Еще есть вариант все-таки поучаствовать в фотосессии, тем более, что за нее обещали хорошо заплатить.
