Шестилетняя Настя задумчиво смотрела на тарелки со скромной едой, когда вдруг получила короткий ответ от Татьяны. — Так говорят про очень высоких людей. Ответ матери заставил дочь задуматься: Значит, Денис у нас верзила. Но Настя помолчала, а потом изрекла свой глубокомысленный вывод: — Почему Лёня? — А Лёня — да. Как странно всё перемешалось в её понимании мира....
Юля, хоть и сохраняла на лице упрямство, но руками обхватила крепкие запястья мужа, внутренне немного отпуская раздражение, — ты меня прекрасно знаешь. И неужели ты думаешь, что я буду всю жизнь мучиться вопросом, спала ли моя любимая женщина с каким‑то мужиком или нет? Что ты с ним не спала, мне и так давно известно без этого телефонного разговора.
— Как?
— Вот так. Котик твой такой сговорчивый оказался. Я спросил — он ответил.
— О, Господи… — простонала Юля и, повернувшись, посмотрела Денису в глаза.
— Да что ты, — усмехнулся, понимая ее опасения, — с ним все в полном порядке. А если и не в порядке, то это не моих рук дело.
— Ты ненормальный. А если бы я с ним спала? Что бы ты тогда делал?
— Твое «если бы» меня вообще не интересует.
— Ну и слава богу, — отмахнулась она и постаралась вырваться из крепких объятий, — все иди.
— Вижу, издергалась вся, — и не думал отпускать. Запустил руку под халат, прижал ее к животу жены, уже немного округлому.
Юля улыбнулась, не в силах игнорировать этот теплый жест, накрыла ладонь Дениса своей, счастливо замерла.
— Это Денисович бесится. Или Денисовна.
— Денисович. Я всем своим существом настраивался на сына. Будет сын.
Юля рассмеялась и расслабленно вздохнула:
— Каждый раз поражаюсь твоей уверенности.
— Вот посмотришь.
— Интересно мне — какое.
— Не скажу, а то оно перестанет быть волшебным.
— Ладно, — сказала умиротворенно, — хорош уже мне зубы заговаривать. Ты просто хочешь залезть со мной в ванную. Раздевайся, так и быть.
— Ну сработало же. Всегда срабатывает, — поцеловал жену в губы. Соскучился за целый день. Скучал по ней всегда.
* * *— И в гости не пригласишь? — с наглой ухмылкой спросил бывший муж.
Таня вышла на площадку и прикрыла дверь, задержав ладонь на ручке.
— За каким хреном, прости, мне тебя в гости приглашать? — грубо спросила она, даже не подумав подбирать выражения и церемониться при общении с Борисом. Недостоин он ее внимания. — Насти нет, нечего тебе делать у меня в квартире. Говори, что хотел, и уходи.
— Какая ты стала дерзкая.
— Спасибо за комплимент. Боря, мне некогда. И разговаривать мне с тобой не о чем. Если есть что‑то важное — говори, некогда мне воду в ступе толочь.
