Он на минуту умолкает, а потом я получаю новый удар.
– Сколько тебе было, когда ты лишилась девственности, Рэй-Рэй? – спрашивает он, и я напрягаюсь.
Я не отвечаю, он поворачивает ко мне голову, а потом проглаживает ладонью по волосам.
– Блин, я… проклятье.
Я пожимаю плечами, всматриваясь в темноту, которая нас окружает.
– Мне было двенадцать, когда ее украли. Пятнадцать, когда я сама отдалась.
Он проводит ладонью вверх по руке и переворачивает ее, чтобы вглядеться в свою татуировку. Он не смотрит на меня.
– Хочешь поговорить об этом, Рэй-Рэй? – шепотом произносит он, и в моей груди разливается тепло.
Он такой мягкий в душе, этот плейбой."
"– Да не особо. Ему было пятнадцать, как и мне. И он понятия не имел, что делать. – Я бросаю на него быстрый взгляд. – Никак не мог сделать свое дело, как и ты наверняка, – шучу я, и он поворачивает ко мне голову.
Его губа дергается, и всего через секунду он приподнимает и расправляет плечи.
– О, я бы потряс тебя до глубины души, детка, – он хватает меня за колено и встряхивает меня.
– Не сомневаюсь, – мои глаза округляются, брови приподнимаются, и он показывает мне средний палец. – Но только если бы я не была девственницей, да?
– Точно. – Он выхватывает у меня косяк и затягивается.
– Это у тебя типа такое общее правило? – подначиваю я. – Не хочешь никого рвать?
Он смотрит на пепел, падающий на траву.
– Я не хочу никому ничего портить, а зная меня, Рэй-Рэй, они определенно бы об этом потом пожалели. – Он облизывает губы и поднимает взгляд на меня. – Наименьшее, что я могу сделать, – позаботиться о том, чтобы это не был тот самый раз, который они точно никогда забудут, хотя этого бы им очень хотелось, так ведь?
Мой взгляд смягчается, я наклоняю голову.
– А вот это заставляет меня думать, что ты отлично годишься для первого секса, Ройс, – тихо произношу я.
Он секунду таращится на меня, пытаясь сдержаться, но потом мы вместе разражаемся хохотом.
– Причина номер двести семьдесят пять, почему мне так нравится, что ты с нами, Рэй-Рэй. Ты поднимаешь мне настроение, даже когда я чувствую себя куском дерьма, – он мягко улыбается. – Благодаря тебе я чувствую себя нормальным.
– Никакой ты не кусок дерьма.
Он поднимает руки, в одной из которых пиво, а в другой – косяк.
– Но я плохой парень.
– Нет, ты творишь всякую идиотскую фигню. А парень ты классный.
Он фыркает, глядя перед собой, а потом косится на меня.
