В дебрях этого произведения ты окажешься среди мрачных теней и светлых надежд, где каждое слово — как нить в сплетении судьбы. В Неприкаянном мире атмосфера мрачна и окутанна гнетом, но вместе с тем она затягивает читателя в её глубокие кружевы, заставляя верить в возможность надежды даже в безвыходных ситуациях....
Что же до нас, то мы пару дней занимались учебными пусками торпед, после чего поднимали их на борт, закачивали с помощью самодельного насоса высокого давления, и вновь пускали. К слову, я осмотрел баллоны и пришёл к выводу, что они вполне способны выдержать и большее давление, что несколько увеличило дальность хода. Правда, скорость и точность при этом остались неизменными, а потому и в стрельбе с дальней дистанции я особого смысла не вижу.
По этой же причине, даже не подумал браться за их усовершенствование.
Пока мы занимались торпедными пусками, проводили ходовые испытания и учения с вооружением катера, плотницкая артель на берегу из досок сколачивала макет миноносца. Я собирался сбить из своих матросов штурмовую группу. Ах да, моряки же. Значит абордажников.
Перепутал век? Ну, это как посмотреть.
Макаров ничего ломать не стал и вчера с утра мы по обыкновению прибыли в Голубиную бухту для учений. Правда, тут у нас случилась поломка машины, о чём я доложил Михаилу Павловичу. Заодно сообщил, что управлюсь с неисправностью до завтрашнего вечера и прибуду в Артур…
— Ваше благородие, японцы идут, — подбежав доложил Вруков.
— Толком докладывай, — приказал я кочегару, выставленному в качестве наблюдателя на мысу.
— Крейсера остались подальше от берега напротив входа в гавань, а броненосцы идут сюда. Всё как вы и говорили, — чётко отрапортовал тот.
Остался я сегодня в Голубиной бухте не просто так, а в ожидании японской бомбардировки из-за Лаотешаня. На дворе двадцать шестое февраля, и в известной мне истории именно сегодня она и должна случиться.
В связи с потоплением «Читосе» я ожидал обстрела раньше. Но старуха история не спешит отворачивать с проторённой колеи, даже при моём непосредственно влиянии. Впрочем, претензий к адмиралу Того у меня нет. Наоборот, я только благодарен. За прошедшие десять дней мне удалось поднатаскать свою команду, провести хоть какое-то боевое слаживание, ну и сам приноровился к катеру.
Немаловажна и помощь оказанная пограничникам.
