В дебрях этого произведения ты окажешься среди мрачных теней и светлых надежд, где каждое слово — как нить в сплетении судьбы. В Неприкаянном мире атмосфера мрачна и окутанна гнетом, но вместе с тем она затягивает читателя в её глубокие кружевы, заставляя верить в возможность надежды даже в безвыходных ситуациях....
Тот молча метнулся в ближайшую и через пару стуков сердца протянул мне требуемое. Получится захватить миноносец, не получится, но эти трофеи я должен утащить. Сложил книги, журналы, всё до единой бумажки и увязал в узел. Когда поднялись на палубу приказал катеру приблизиться и перебросил добычу Ложкину.
— В мою каюту, если пропадёт, яйца оторву.
— Есть, — коротко бросил артиллерийский кондуктор и метнулся выполнять приказ.
Тем временем Галанцев и Будко закончили зачищать кормовой кубрик, оказавшийся пустым. Да оно и понятно, все ведь находились на боевых постах.
Японские моряки решили воспользоваться моментом, пока катер подходил к нам, а Ложкин бегал в каюту, да потом ещё и менял ленту. Вооружившись винтовками они попытались нас атаковать, сделав всего лишь по одному выстрелу и рванув в штыковую.
Стрельба заставила нас искать укрытие, но когда самураи побежали в атаку загрохотали дробовики. Причём работали мы парами, полностью перекрывая узкий проход вдоль бортов.
Пополнив магазины, мы двинулись дальше, блокируя встречающиеся по пути крышки люков. Когда подошли к камбузу между второй и третьей трубами, я взобрался по скобам на надстройку, и разбив выстрелом стекло иллюминатора забросил гранату, после чего заглянул в открытую дверь.
Когда вышли к боевой рубке, Казарцев забросил гранату на ходовой мостик, и сноровисто взобрался наверх, держа наготове Наган. Даже пальнул пару раз, в лежащих там матроса и командира, скорее на всякий случай, чем по необходимости. Поднялся и точно так же проконтролировал четверых обнаружившихся на площадке с трёхдюймовкой. Ну и переставил машинный телеграф в положение «стоп машина», благо там всё понятно, и знание иероглифов не требуется.
"Пока мы зачищали мостик, Мещеряков и Дубовский заняли позицию беря под прицел выход из носового кубрика. Боцман со своей группой попытался проникнуть в ходовую рубку, и так как дверь оказалась запертой изнутри, выстрелом вынесли стекло иллюминатора и забросили гранату.
