В дебрях этого произведения ты окажешься среди мрачных теней и светлых надежд, где каждое слово — как нить в сплетении судьбы. В Неприкаянном мире атмосфера мрачна и окутанна гнетом, но вместе с тем она затягивает читателя в её глубокие кружевы, заставляя верить в возможность надежды даже в безвыходных ситуациях....
Кадры поймал просто на загляденье. А ведь я ему только и того, что показал как наводить объектив, щёлкать и перематывать плёнку.
К слову, он у нас теперь можно сказать за штатного фотографа. Подумывает купить свой фотоаппарат, но пока я позволяю пользоваться своим, с него только покупка плёнки, проявка и печать в фотоателье Артура. В складчину, ясное дело. Но на это парни не жмутся. Память. Да ещё и какая!
— Дмитрий Матвеевич, — окликнул я кочегара, сейчас свободного от смены, и готовящегося занять своё место согласно боевого расчёта.
— Я, ваше благородие, — отозвался кочегар первой статьи, последнего года службы.
— С кинокамерой управишься?
— С чем? — не понял тот.
— С синематографом.
— А что это? Поди те кофры, что вы в Чифу в свою каюту загрузили?"
"— Они и есть. Там ничего особенно сложного, почти то же самое, что и с фотоаппаратом.
— Если покажете как обращаться, то отчего бы и не управиться.
Атаку транспорта отложили. Держась на почтительном расстоянии обогнали его, чтобы зайти с более удобного ракурса.
Инструктаж занял совсем немного времени. Родионов схватывал всё на лету. К тому же прибор пока ещё до крайности прост в обращении, как не следует от него ожидать и особенных чудес по качеству. Первую плёнку полностью израсходовали на съёмку нашего катера, и экипажа. Казарцев не удержался от всевозможных ужимок.
К моему удивлению, едва сообразив, что происходит, выглянувший из котельной Вруков с готовностью состроили пару тройку смешных рожиц. Не замечал за нашим вторым кочегаром и по совместительству абордажником склонности к балагурству. Вообще, я конечно не прав, коль скоро решил сделать из парней свою команду, то пора бы начинать узнавать их получше…
Как и планировал в атаку мы пошли на встречном курсе. Капитан судна попытался поворачиваться к нам одним из бортов, чтобы задействовать обе митральезы.
Впрочем, скорострельность даже одной митральезы мне совершенно не понравилась. Строчки всплесков пролегали по бортам, а то и поперёк курса. Пришлось вертеться как ужу на сковородке. Хотя у штурвала стоял вовсе не я, а Снегирёв. Моё же место на этот раз у пушки. Не вижу иного способа заткнуть японских комендоров.
