В дебрях этого произведения ты окажешься среди мрачных теней и светлых надежд, где каждое слово — как нить в сплетении судьбы. В Неприкаянном мире атмосфера мрачна и окутанна гнетом, но вместе с тем она затягивает читателя в её глубокие кружевы, заставляя верить в возможность надежды даже в безвыходных ситуациях....
— А вы никогда не думали, что кому-то это может быть не интересно.
— Что? Известность ведущая к положению в обществе? Вы это серьёзно? Да любой за это душу продаст.
— Как видите, этому русскому ваша протекция на пути к успеху не понадобилась.
— Он просто пока ещё не знает, что я представляю «Таймс».
— Уверяю вас, это ничего не изменит, — покачав головой, возразил француз.
Я не подслушивал. Почти. Просто когда выходил из ресторана, услышал разговор двух репортёров, и слегка задержался при выходе, оставаясь за портьерой.
— Ещё раз прошу меня простить, месье, я весь в вашем распоряжении. Сэр, — кивнул я британцу, чтобы совсем уж не выглядеть невежливым.
— Я репортёр «Таймс», и хотел бы задать вам несколько вопросов, — упрямо гнул своё на английском джентльмен с туманного Альбиона.
Вот же, спесивая скотина, только что ведь говорил на французском, но опять перешёл на родную речь.
— Месье Форже, вы не поможете мне? О чём говорит этот господин?
— Он говорит, что является репортёром «Таймс».
— И я рад за него, — я обозначил британцу поклон и посмотрел на француза. — Итак, о чём вы хотели меня спросить, месье Форже?
— Если не возражаете, то мне хотелось бы задать вам несколько вопросов относительно боя у Чемульпо.
— Разумеется, — я коснулся повязки на голове, как к доказательству правдивости данного предположения. — Буду ждать вас на улице. Сэр, — я обозначил прощальный поклон опешившему от подобного пренебрежения англичанину, и направился на выход.
Разборки между двумя репортёрами затянулись. Под светом газовых фонарей я успел неспешным шагом дойти до кофейни, когда меня нагнал француз. В ответ на его извинения, предложил выпить по чашечке кофе, а заодно и поговорить в тепле.
— Итак, вы хотите получить эксклюзив, месье Форже.
— Да.
— Не кажется ли вам, что это несколько запоздало. За трое суток, в век телеграфного сообщения, новость уже успела протухнуть. Я понимаю, консула, попросившего меня написать очерк о прошедшем бое.
