Военный авантюрист поручик Сабинин вовлечен в опасную игру шпионажа и политического насилия. В 1907 году, когда революционеры готовят покушение на австрийского императора, герой должен выбрать между верностью и предательством, между личной выгодой и моральным долгом. Его путь лежит сквозь...
Раздел Chitat.online для книги «Непристойный танец» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Военный авантюрист поручик Сабинин вовлечен в опасную игру шпионажа и политического насилия. В 1907 году, когда революционеры готовят покушение на австрийского императора, герой должен выбрать между верностью и предательством, между личной выгодой и моральным долгом. Его путь лежит сквозь...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Военный авантюрист поручик Сабинин вовлечен в опасную игру шпионажа и политического насилия. В 1907 году, когда революционеры готовят покушение на австрийского императора, герой должен выбрать между верностью и предательством, между личной выгодой и моральным долгом. Его путь лежит сквозь...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Начнем с того, что покушение на императора Франца-Иосифа было устроено вовсе не социал-демократами, а британской секретной службой…
И он стал излагать свою версию событий. Ему даже не пришлось лгать – почти. Он всего-навсего ни словом не упомянул о своей принадлежности к Охранному отделению – и только. Это была почти правдивая история о том, как беглец из России, вор и авантюрист в определенный момент заподозрил неладное, нанял агентов частной сыскной конторы и стал следить не только за Надей, но и за ее знакомыми. И собрал достаточно сведений, чтобы понять, что готовится на улице Меттерниха и какая незавидная роль во всем этом уготована ему самому. Понявши же, стал бороться за жизнь…
Надя два раза пыталась вставить возмущенные замечания, но Суменков всякий раз приказывал ей замолчать, он и в самом деле соблюдал явное подобие объективности…
– Вот и все, – сказал Бестужев. Он достал безупречно подделанный заграничный паспорт на имя российского офицера гвардии, встал и шлепнул им по столу так, словно бил тузом жалкую пиковую двойку. – Да, я вбежал в комнату с пистолетом в руке. А что мне было делать? Смиренно просить разрешения уйти восвояси? При том, что мне уготовили роль мертвого козла отпущения? Я не кричал никаких глупостей про арест и охранку, я всего-навсего хотел бежать… и бежал тем самым потайным ходом, которым успела воспользоваться ваша Амазонка. Мне удалось остановить извозчика, и я не теряя времени помчался на вокзал. Этот паспорт, что мне хотели подсунуть, и впрямь оказался безупречен, и ничего удивительного – за ним не ухищрения подпольщиков, а государство… Британские граверные мастерские. Я с ним спокойно пересек границу, прибыл сюда…
– Почему именно сюда? – спросил Суменков.
– Чтобы сесть на пароход и уплыть в Аргентину. Вот и билет на «Дюк оф Уэльс», британский лайнер.
Бестужев достал билет из правого кармана и протянул Суменкову. Тот, небрежно с ним ознакомившись, поднял глаза:
– Дорога до Триеста или другого порта на побережье австрийской Адриатики была бы гораздо короче…
– Не спорю, – сказал Бестужев. – Однако короткий путь – еще не самый безопасный. Мне уже приходилось бегать от полиции через всю Российскую империю, а потом переходить австрийскую границу, так что некоторый опыт имеется… Дорога через Германию длиннее, но и безопаснее…
– Но ведь те, кто остался на квартире, все же были там арестованы?
– А почему вы так решили? – агрессивно спросил Бестужев. – Только потому, что вам об этом сказала госпожа Амазонка? Этот белобрысый Николас был вашим человеком?
– Нет, – мотнул головой Суменков.
– А итальянец Джузеппе? А загадочная пани Янина? Что вы молчите? Они тоже – не ваши? Вот видите! Ни я, ни вы, ни кто-либо еще не видел их арестованными.
