Автор
Лера просит помощи у Аль, чтобы сблизиться с его сводным братом Асланом — замкнутым и грубым молодым человеком, который презирает общество. Может ли искренность и настойчивость девушки растопить лёд в сердце человека, который отвергает весь мир? История о том, как любовь преодолевает...
"
"— Между прочим, бег оказывает высокую нагрузку на суставы и позвоночник, — решаю поумничать, повернув голову и мельком взглянув на напряженную челюсть с пробивающейся щетиной. Реакция именно такая, какую я ожидала — мне удалось пошатнуть его невозмутимость. — Куда разумнее выбирать что-то менее травматичное, что не вызывает растяжения связок, воспаления сухожилий и стоп. Например, пилатес.
— Я не знаю, что это, — искренне признается Аслан.
— Это комплекс упражнений для укрепления мышц и улучшения гибкости, — объясняю я. — Меньше нагрузки, больше пользы для тела.
Из оцепенения нас вырывает упавшая на пол салфетница, которую неудачно задевает Лера. Не могу сказать, что присутствие подруги хоть как-то меня смущает, но всё равно хочется зарядить в неё чем-то тяжёлым.
Прикусив щёку изнутри, я возвращаюсь к готовке и признаюсь себе в том, что впервые радуюсь предстоящим урокам по математике.
Глава 32
* * *За ужином папа внезапно решает включить роль строгого родителя, интересуясь, как у меня дела и как успеваемость. Делает он это редко — в основном от скуки, когда голова не занята работой, налогами и конкурентами.
Ему, по сути, всё равно, как я учусь и чем живу, лишь бы была жива, здорова и не порочила его фамилию. Но иногда накатывает, в частности после нескольких бокалов виски. Приходится смиренно ждать, терпеть и кивать, как китайский болванчик, потому что вступать в споры — себе же дороже.
Я уже пыталась, когда была в переходном возрасте и гормоны били через край. В результате наказали меня по полной программе — ни карманных денег, ни тусовок, ни встреч с подругами. Эти месяцы тянулись, как вечность, лишая меня привычной свободы и заставляя чувствовать себя запертой в клетке.
Деньги — это прекрасно. Особенно когда их много. А когда их нет, я чувствую себя слабой и беспомощной, как слепой новорожденный котенок.
— А где это Аслан? — папа вдруг осматривается по сторонам, как будто только сейчас заметил, что нас было всего трое.
Я цокаю языком. Дина громче гремит посудой, явно злая и рассерженная, и я начинаю подозревать, что родители всерьёз поссорились. Теперь отец не упускает случая сорваться на каждом из нас и находит повод придраться к любой мелочи.
Даже к Аслану, хотя в основном предпочитает его не замечать. Дело не в том, что он его не любит или презирает — скорее, просто не воспринимает. Поэтому я вполне понимаю, почему Аслан редко проводит время с нами. Я бы и сама отказалась, будь такая возможность.
— Он занят.
