В унылый зимний вечер Женя шла по пустынной улице, где единственным светом был фонарь над входом в аптеку. Однако ее внимание привлек не изнутри, а снаружи — белоутведенным и непостижно грозным парнем, стоящим у бюро юристов. Тепло его зрачков словно оставляло следы на ее плотном костюме....
Не сливаются женщины после того, как срывали голосовые связки в кровати! Не зафиксировано таких феноменов в истории!
Но моя фея, мало того, что молчала сама, так еще бойкотировала все попытки с ней связаться.
Сообщения до нее не доходили, гудки срывались после первого. А с моим временным завалом на работе найти Женю и лично дать по жопке я не мог.
Если бы не показания подружки-сводницы Кравцовой, те, самые первые, можно было подумать, что у феечки есть свой собственный фей. С рогами, как у оленя, и с вакуумом в голове.
"Но о таком Кравцова врать не могла. Только совершенно безмозглая, рискуя мужем, стала бы вешать лапшу на уши про «свободную» и «одинокую». А учитывая, как виртуозно эта ушлая дамочка нашла ко мне отмычку, с уровнем интеллекта там было все в полном порядке.
Посему выходило, что оленя между мной и феей не существовало. Не уследил что-то важное я сам. Затрахался. В буквальном и самом приятном смысле этого слова.
Лучше всего эту загадку могли бы решить знакомые из прокуратуры. Одна просьба, следом фото страницы с реквизитами из договора на услуги переводчика.
Без усилий и затрат!
Но существовало одно «но» — тот самый опыт, жизненный.
Фея смогла простить поход в бордель. Она ни разу не попрекнула меня испорченным пальто и сапогами. Но за расследование — я бы огреб.
Железобетонно!
Наперекор любой логике!
До такого «нет», которое потом нереально было бы загладить подарками или вытрахать в кровати.
Бронебойная вера в святость женских тайн, будто каждая баба — это агент спецслужб, за рассекречивание которого расстрел на месте без суда и следствия.
Можно, конечно, было прикинуться валенком и не козырять своими знаниями. В крайнем случае — изобразить сильно умного хрена с задатками экстрасенса. Очень модно и свежо!
Наверное, с любой другой женщиной я бы так и сделал. Но с феей теми самыми экстрасенсорными… или, проще говоря, задницей чуял, что нельзя.
Гиблый способ!
Если что-то и узнавать, то глаза в глаза.
В общем, на это я и рассчитывал, когда приперся под дверь школы.
План был прост до безобразия и эффективен как гильотина при головной боли: «Удивить, затолкать в машину и увезти разбираться со всем в коленно-локтевой».
О том, как там разговорить мою феечку, я уже знал. Распробовал!
Но плешивый маньяк спутал все карты.
