В унылый зимний вечер Женя шла по пустынной улице, где единственным светом был фонарь над входом в аптеку. Однако ее внимание привлек не изнутри, а снаружи — белоутведенным и непостижно грозным парнем, стоящим у бюро юристов. Тепло его зрачков словно оставляло следы на ее плотном костюме....
— Нет, конечно! — завуч округлила глаза, будто я сказала какую-то глупость. — Илья Петрович сегодня снова в отделе образования. Его с самого утра вызвали. Что-то срочное случилось. Но он позвонил мне и попросил вас предупредить. Это обычные рабочие правки в графике.
— Конечно.
Я закрыла глаза и набрала полные легкие воздуха. С этим цирком нужно было завязывать. Пока за спиной не начали шептаться, стоило расставить все точки над «i».
— Если ваша задача заставить меня написать заявление по собственному желанию, то сразу хочу пояснить.
— Сокращать вас? С чего вы взяли? — У завуча даже очки с носа свалились. — Илья Петрович заметил, что у вас занятия в расписании расставлены неудачно. Попросил меня поправить.
— То есть часы не уменьшают?
Теперь я уже ничего не понимала.
— Да что вы заладили?! Еще раз говорю. Нет! Я сегодня посмотрю, как можно поменять уроки, чтобы всем было удобно.
— А английский? — спросила я осторожно. — Его вроде бы планировали сделать основным иностранным языком с Нового года.
— Наша школа гордится своим высоким уровнем немецкого. Можно сказать, мы единственные в районе, кто предлагает ученикам и их родителям альтернативу английскому, — словно важная тетка из Думы, громко и четко отрапортовала завуч.
— Но новый учитель… — чувствуя, что сейчас меня окончательно запишут в идиотки, продолжать я не стала.
— Он забрал свое заявление о приеме на работу.
Тут я уже окончательно растерялась и без приглашения рухнула на ближайший стул.
— Отвратительный молодой человек, кстати, — шепотом, как страшную тайну, сообщила Нина Геннадьевна. — Он так орал в приемной! Рекомендации требовал, будто успел поработать хоть день. Такой нервный, а еще детей учить собрался.
— Да…
Пожалуй, мою челюсть, чтобы не падала так сильно, сегодня стоило подвязать какой-нибудь веревкой.
— А вы мне про увольнение талдычите! — Завуч покачала головой и громко вздохнула.
— Тогда я на сегодня свободна? — все еще не верилось.
— Да, только зайдите в бухгалтерию. Там перерасчет должны сделать. Илья Петрович обнаружил, что с сентября вам должны были платить надбавку за стаж, но наши девочки почему-то забыли. Ума не приложу, как это произошло!
— Мне. Доплатят. За.
