Несносные дочери леди Элизабет: в страшной тайне и ужасах леса оберегают отважную старшая дочь своего домена брата, заблудившегося среди чужаков. Тонкий прицел Амелия превращается в холодное оружие, когда она раскрывает истинные намерения путника, открывая тем самым свои собственные глубины характера....
Похоже, «Несносные дочери леди Элизабет» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
А в её голосе звучало что-то, чего я никогда раньше не слышала, – смесь смущения и… восхищения?
– Эм… я, пожалуй, тоже пойду, проверю дом, – пробормотал Говард, бросив на меня понимающий взгляд. Его загрубевшее от ветра и солнца лицо на мгновение смягчилось – он наверняка тоже заметил в голосе своей подопечной странные нотки. Кашлянув в кулак, капитан поднялся из-за стола, и вскоре его тяжелые шаги затихли в глубине дома.
Я же осталась наедине с хлопочущей у стола Дори, которая вдруг с тихим вздохом опустилась на скамью напротив меня.
– Ох, госпожа, – заговорила она, покачав седой головой. – Надо же, чтоб в наше время кто-то вспомнил старинный обычай…
– Какой обычай, Дори? – насторожилась я, отставляя кружку, из которой поднимался пар, завиваясь причудливыми узорами в прохладном воздухе кухни.
– Да, древний обычай сватовства, – пояснила старушка, понизив голос до шёпота, словно делилась великой тайной. – Уж лет двадцать я о нем не слышала.
– И это считалось… приемлемым? – недоверчиво переспросила я.
– О, это было проявлением особой смелости и решительности, – кивнула Дори, её глаза заблестели воспоминаниями. – Юноша уводил девушку в укромное место и целый день расписывал свои достоинства, показывал умения. А к вечеру спрашивал о согласии на брак.
– И девушки соглашались? – скептически заломила я бровь.
– В давние времена – да, а после все реже и реже, – усмехнулась Дори, и в её морщинистом лице промелькнуло что-то лукавое. – Потому что по обычаю, если девушка отказывала, жених должен был прийти в дом её семьи с богатым откупом. И всё, что он приносил, становилось личной собственностью девушки, а не приданым или семейным достоянием!
– Вот как… – протянула я, начиная понимать. – То есть это был весьма… накладный способ сватовства.
– Именно! – оживилась Дори. – Потому эту традицию и забыли постепенно. Слишком дорого обходилось юношам их воздыхание. А если жених не приходил с откупом, то совет старейшин сам определял, что и сколько следует изъять из имущества его семьи. Это был такой позор, что за всю мою жизнь только пару раз такое случалось."
"Я задумчиво отпила из кружки. Что-то во всей этой истории не складывалось.
