Автор
В раздевалке клуба нет слов — только молчание и усталость, как будто воздух заполнен неподъемной ношей тренировок. Сережа и Ольга Сергеевна цепляются за каждую последнюю минуту отдыха, закрыв глаза и погружаясь в тишину стенки.
Что там случилось? Черт возьми, что? Она начала встречаться с Максом? Не могла. Не хочу верить. Что еще? Ее кто-то обидел? Или ее уволили? Или она просто о чем-то говорила с Палычем?
Черт, черт, черт!
Надо было спросить. Зачем я, кретин, ответил, что мне неинтересно?
Ясно зачем. Потому что боялся сорваться и улететь обратно первым рейсом.
А у меня ба. Надо выбирать. И на данный момент я выбираю ее.
Следующим утром мы с ба готовим завтрак. Она чувствует себя уже сильно лучше, только нога под гипсом чешется и бесит ее.
Я нарезаю помидоры на салат, ба колдует над кашей, а потом внезапно говорит:
– Расскажи мне уже, что у тебя случилось, третий день на твою кислую мину смотрю.
– Чего? – удивляюсь и поворачиваюсь к ней. Я искренне верил в то, что по мне ничего не заметно. – Все в порядке, ба, тебе кажется.
– Ну да, ну да, поговори мне тут. Я воспитала тебя, ты никогда не сможешь обмануть меня, понятно? Давай рассказывай: что у тебя случилось? И не смей обмануть, я все равно вытащу из тебя правду.
О да, что есть, то есть.
Вздыхаю. Я не хочу рассказывать не потому, что не хочу делиться проблемами с ба, просто… Ну, если честно, то просто ковырять все это не хочется. Я пытаюсь смириться с тем, что я не нужен и что какой-то там некогда лучший друг важнее парня. А смириться с этим непросто. И если бы в любой другой ситуации с любой другой девчонкой я бы рукой махнул и забыл, то тут косяк: влюбился я.
– Да Аленка все, – вздыхаю и рассказываю. Ба нашу историю помнит, я делился с ней не так давно.
"Ну я и рассказываю. Все как есть, почти не утаивая подробностей. Кроме той, что нас чуть охранник голыми на пляже не поймал. Тактично называю это «лучший день в моей жизни», зная, что ба поймет все сама.
Про Макса говорю, про драки, про то, как из команды меня чуть не выгнали, вообще обо всем. Хотел умолчать, а как тронул это, так все потоком и полилось – не остановить никак.
– …Ну и все, – заканчиваю, опуская голову. – Она накричала на меня, но и я дебил: запреты какие-то придумал. Просто психанул сильно. Она промолчала, я ушел. А потом мне твой доктор позвонил, и я только рад был свалить побыстрее.
Ба молчит около минуты, глядя на меня очень странным, задумчивым взглядом. Я не понимаю, что этот взгляд означает, и просто терпеливо жду вердикт. Она, если что, молчать не будет. Сразу выдаст всю правду, не жалея, и дело с концом.
