В мелкой и извилистый речке, пологий однообразным песком, другой крутыми обрывами, на плаву застряли случайные мусорки. Тихая вода окутывает грязный целлофановый пакетик и кочан гнилой капусты — типичная натюрмортная композиция для городского берега. Так начинается необычная история, где жалость давно уступила место решительности....
"
"– Он тебя шлюхой назвал, – пристально и с плохо скрытой насмешкой посмотрел на нее Алик.
– Это он со зла... – еще больше смутилась она.
– Да нам как-то все равно, со зла или нет, – пожал плечами Эрик.
– Вот и валите отсюда, если все равно!.. И вообще, пошли вы все знаете куда!
Но пошла сама Сашка. Алик и Эрик остались на месте, а она стремительным шагом направилась вслед за исчезнувшим ухажером. Нервная спешка сыграла с ней злую шутку – девушка споткнулась, сломала каблук.
– Черт!.. Черт!!. Черт!!!
Скривившись от бессильной ярости, она сняла босоножки, сделала несколько шагов в прежнем направлении, но, решив, что без обуви далеко не уйти, развернулась на сто восемьдесят градусов и направилась к своему подъезду.
– А нас к себе не позовешь? – колко спросил Алик, когда она поравнялась с ними.
– Да пошли вы все! – даже не глянув на него, истерично выпалила она.
– М-да, вляпались в историю, – озадаченно потер затылок Эрик, когда девушка скрылась из виду. – Это если братва теперь наедет.
– Вряд ли, – не совсем уверенно мотнул головой Алик. – Думаешь, Игорек своим скажет, что ему какой-то толстяк навалял? Я бы на его месте молчал как партизан...
– Так он считает, что на него всемером наехали. И своим так скажет...
– Ну, тогда дело дрянь... Если, конечно, он правда из черняховских. А то ведь и по ушам Сашке мог прокатиться...
– А может, и прокатился, – кивнул Эрик. – Не похож он на крутого. Цепь толстая, а кишка тонкая...
– Качок доморощенный, – кивнул Алик.
– Значит, обойдется... Хотя кто его знает... А вот и наш Голиаф!
Валек выходил из подъезда, насупив брови, но, как ни пытался он сохранить угрюмость, радость одержанной победы наползала на губы торжествующей улыбкой. И все же в глазах угадывалось беспокойство. Ему явно не нравилось, что рядом с его друзьями нет Сашки.
– Ну, и где ты был? – усмехнулся Алик. – Она тут бегает, ищет тебя, а ты где-то шляешься...
– Ищет? – с сомнением спросил Валек.
И озадаченно тряхнул головой, отчего упруго колыхнулись его толстые щеки.
– Ну да, быка ты завалил, значит, телка твоя.
– Кто?!
– Да это я образно... – совсем не весело сказал Алик. – Если Игорь бык, значит, Сашка – телка... А он реально бык... Черняховская братва...
– Ну и что?
– Да ничего!
– А где Саша?
– Дома и одна-одинешенька. Тебя ждет. Ты бы пошел, утешил ее.
– Правда ждет?
– А ты думал!
– Она сама сказала?
– Как бы! Сама же она об этом не скажет. Но мы ее глаза видели...
