В мелкой и извилистый речке, пологий однообразным песком, другой крутыми обрывами, на плаву застряли случайные мусорки. Тихая вода окутывает грязный целлофановый пакетик и кочан гнилой капусты — типичная натюрмортная композиция для городского берега. Так начинается необычная история, где жалость давно уступила место решительности....
Увы, но дорожный затор его не помиловал. На съезде Третьего транспортного кольца он застрял почти на час, и по Варшавскому шоссе шел по принципу «метр едешь, два стоишь». Но в конце концов он все-таки добрался до высотного дома на Балаклавском проспекте.
Он выходил из своей «девятки», когда рядом припарковалась белая «Тойота», за рулем которой сидела женщина со знакомым лицом.
Сашка удивленно разглядывала его. В глазах, кроме удивления, и настороженность, и ностальгический интерес.
– А ты почти не изменилась, – с улыбкой сказал ей Эрик.
– Почти – это как? Постарела?
– Почти – это еще лучше.
Он не лукавил. В юности Сашка была посвежей, понежней, но вряд ли более интересной, чем сейчас. Не всякую женщину можно уподобить вину – чем старше, тем вкусней и хмельней, но Сашка вполне подходила под это сравнение. Яркая, сочная, ухоженная от макушки до пят. Она выглядела слегка уставшей, но все равно смотрелась здорово. Эрик ощутил, как приподнялась и расправилась в грудной клетке диафрагма.
– Какими судьбами? – настороженно спросила она.
– Пошли, расскажу.
Прежде всего Эрик должен был убедиться, что с Аликом все в порядке, и уже от этой печки можно было городить разговоры.
– Как Алик поживает? – уже в подъезде спросил он.
– Да как, – пожала плечами Сашка. – Дома сиднем сидит... Вернее, лежит...
– Ну, так он же вроде после больницы. Полгода в коме, говорят...
– Все-то ты знаешь... Сразу после больницы он так не лежал. А потом легло... Ну да ладно.
Ее губы тронула едкая ухмылка, но она растянула их в вымученную улыбку.
Эрик сделал вид, что не услышал последнюю фразу и уж тем более не понял намека. Семейные дела бывшего друга его мало интересовали. Ему бы Игорька изловить...
– А у тебя как дела?
– В театр обещали взять... Небольшой такой театр, только труппа, без помещения...
– А в Петрополе целый театр был, да? Большой, просторный.
– Большой только по размерам...
– А здесь маленький.
– Лучше маленький здесь, чем большой там.
Сашка достала из сумочки ключи, а Эрик из-под куртки – табельный «ПМ». Она испуганно шарахнулась от него.
– Эй, ты чего?
– Я же сказал, что с вами заодно... Ну, чего стоишь? Открывай!
– Э-э...
Сашка многозначительно посмотрела на пистолет. Он же кивком показал на дверь.
– А если там Игорь?
– Ты знаешь?
– Знаю... Ну, давай, давай!
Она робко открыла дверь, несмело шагнула через порог, дрогнувшим голосом позвала Алика.
