В мелкой и извилистый речке, пологий однообразным песком, другой крутыми обрывами, на плаву застряли случайные мусорки. Тихая вода окутывает грязный целлофановый пакетик и кочан гнилой капусты — типичная натюрмортная композиция для городского берега. Так начинается необычная история, где жалость давно уступила место решительности....
Думаешь, все-таки придет?
Алик поднялся, подошел к серванту, из обычного ящика вынул многозарядный «кольт», с будничным видом передернул затвор. Эрик напрягся, на всякий случай взялся пальцами за рукоять своего «макара». Алик на него не смотрел, но, похоже, понял ход его мысли.
– Можешь меня пристрелить, – тоскливо усмехнулся он.
– Не дури!
– Тогда Игорька будем ждать.
Он вернулся за стол, на то место, где возле тарелки должен лежать нож, уложил пистолет.
– Ждать будем и пить.
– Мне чуть-чуть, – сказал Эрик.
Но Алик, откупорив еще одну бутылку, налил ему полный бокал, и он выпил до дна.
– Как же так, брат? Я стал ментом, а ты – киллером.
– Это все зона, – глубоко кивнул Алик. – Деградация там. Мозги разжижаются, а пока в норму придут, столько дров наломаешь... Знаешь, давай за дрова выпьем. Пусть они меня там дождутся, – движением головы показал он вверх. – Пусть спросят, а я им отвечу..."
"Эрик почувствовал, что сам скоро наберется в дрова, но тост поддержал.
За второй бутылкой последовала третья.
– Так нельзя, – пьяно мотнул он головой. – Мы же не на завалинке, мы в дровах... э-э... в засаде... А если вдруг Игорек?.. Ненавижу козла...
Хоть и с трудом, он все же поднялся с дивана, кое-как удержал равновесие.
– Ну вот, а я думал, что все, – пробормотал он.
Язык тяжелый, на голове какая-то чугунная кастрюля с вырезами для глаз – звуки гулкие, обзор узкий и тонкий, по бокам все в тумане. И еще – воздуха не хватает.
– Пойду, подышу... Игорька гляну...
Он расстегнул пуговицу на рубахе, вытянул шею, будто высвобождал ее из тисков. И направился на балкон, где было много темного и холодного, но свежего воздуха. Кое-как справился с дверью, но, прежде чем ввалиться в открывшийся проем, глянул на Алика. Звать его за собой было бесполезно – он низко склонился к столу, упершись лбом в подставленное предплечье.
Балкон был застеклен. Эрик нашел защелки, открыл фрамугу, но на это ушли силы, призванные удержать его на плаву.
– Так, надо думать... думать...
Эрик не удержался от соблазна сесть в кресло, но сознание решил не выключать. Он еще помнил, зачем пришел к Алику. И уже знал, что нужно ему сейчас делать. Если появится Игорь, он обязательно зайдет на балкон. Вот тут Эрик его и встретит... Он достал из кобуры пистолет, на вытянутых руках вынес его в сторону двери. Но тут же глаза его закрылись, а руки опустились.
