В мелкой и извилистый речке, пологий однообразным песком, другой крутыми обрывами, на плаву застряли случайные мусорки. Тихая вода окутывает грязный целлофановый пакетик и кочан гнилой капусты — типичная натюрмортная композиция для городского берега. Так начинается необычная история, где жалость давно уступила место решительности....
Он должен был искупить свою вину перед Вальком. Вы-живет он сам после этого или нет – это уже дело десятое.
У входа в отделение стояла толстая медсестра с бородавкой на подбородке. Увидев Алика и Эрика, она нерешительно перегородила им путь:
– Куда?
– Нам к Вальке Лепехину, из восемнадцатой па-латы, – изобразив святую наивность, сказал Алик. – Мы его друзья, мы каждый день к нему ходим...
– Да, да, припоминаю... Так нет его, – сошла с лица женщина. – В морге он.
– Ну и шуточки у вас!
– Какие шутки? Убили его!
– Кто?
– Врач, говорят, здесь какой-то крутился, в очках и с бородой.
– И что, не задержали его?
– Нет, ушел, будь он неладен.
– А охрана?"
"– Охрану, как назло, сняли... Видно, киллер ждал, когда охрану снимут. И сразу появился...
– А охрану кто снял?
– Ну кто-кто.… Приехали из милиции и сняли.
– Это понятно, а распорядился кто? – продолжал выпытывать Алик.
– А что, есть разница? – удивленно и вместе с тем настороженно посмотрела на него женщина.
– Ну, в общем-то, нет... А к Вальку можно пройти?
– Куда, в морг?
– Ну да.
– Зачем вам это?.. Да и не пустят вас...
Алик согласился с ней, действительно, в морг им идти незачем. Но все же пошел туда и Эрика за собой потянул. Остановила их только закрытая дверь. Ни сторожей, ни санитаров, только мертвые души пугающе шелестят в кронах старых лип.
– Пойдем отсюда, – поежился Эрик.
– Пойдем, – кивнул Алик. – И я даже знаю, куда пойдем.
Он уже понял, кто виновен в гибели Валька. И неважно, что это была косвенная вина.
Эрика он отправил за вином, велев ему подождать его дома. А сам отправился к Катьке. Она открыла дверь по первому звонку.
– Ты? – обрадовалась она.
Но улыбка тут же сползла с ее лица. Она еще никогда не видела Алика в таком гневе, как сейчас. Он не стал хватать ее за грудки, но надвинулся на нее так, что припер к стенке.
– Я тебя ненавижу! – злобно прошипел он.
– Что... Что я тебе такого сделала? – чуть не плача, в страхе спросила девушка.
– Зачем ты своему дядьке позвонила, зачем он охрану снял?
– К-какую охрану? – икнула она.
– Только придуряться не надо! С кем ты меня вчера застукала, а? Отомстить мне захотела, да?
– Я тебя не понимаю!
– Да что тут понимать? Вчера ты меня застукала, и вчера же ты позвонила своему дядьке, он вчера снял охрану, и тут же застрелили Валька...
– Что?! Валька застрелили? – обхватив ладонями лицо, ойкнула потрясенно Катька.
