— Яна, привет! Ты дома? — слышу голос подруги. На заднем фоне раздаются чьи-то голоса и свист веселого праздника. Леся отмечает что-то важное с молодым человеком, а я в это время самодостаточно готовлю любимые котлеты. Конфетно-букетный период давно завершился, уже почти два года как мы живем вместе....
Зубочистка ломается в руках Леси, и она растерянно смотрит на два деревянных обломка, упавших на старенькую скатерть.
– Ты была одной из нас. Из нашего круга. Ты же помнишь нашу тройку? – поднимает на меня виноватый взгляд. – Всегда вместе, всегда друг за друга. Мы были для нее как сестры.
– И именно поэтому она возомнила себя богом?
– Не суди ее строго, Янка. Она ведь реально считала, что делает правильно. Посуди: у Вороненка тогда ничего за душой не было. Ни гроша. Что тебе светило бы с ним? Максимум зарплата грузчика и куча сопливых ребятишек.
"– Нет, – отвечаю честно. Сажусь на стул напротив и ставлю наконец горячую кружку на стол. – Я просила ее не лезть в наши с Денисом отношения. Это для нее деньги и статус были на первом месте. Это она считала, что счастье в тугом кошельке мужика. А мне как раз плевать на такие ценности. Я любила Дениса! И мне хватило бы зарплаты грузчика для полного счастья.
Леся переводит взгляд на окно за моей спиной и тяжело вздыхает, признаваясь прямо:
– У нее все очень плохо. Я потому и пришла, что она рассказала мне о вашей встрече, о том, что вы с Воронцовым опять вместе, ну и потому, что хотела поговорить.
– Что?
– Просто отпусти эту ситуацию. Попроси Воронцова не лезть, не устраивать разборок, скандалов, пустых обвинений. Даже просто не пересекаться. Это важно. Я не просто так прошу. Ника если и виновата, то уже получила свое. Ты правильно угадала: ее семейная жизнь далека от идеала.
– Это ее выбор! – бросаю жестко.
