Семь лет женщина воспитывает дочь в одиночку, скрывая от всех правду об отцовстве. Но когда её настоящий отец неожиданно возвращается в город, тайна грозит раскрыться. Теперь героине предстоит решить, что важнее: сохранить иллюзию прошлого или позволить будущему изменить их судьбу.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «(не)твоя дочь» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Семь лет женщина воспитывает дочь в одиночку, скрывая от всех правду об отцовстве. Но когда её настоящий отец неожиданно возвращается в город, тайна грозит раскрыться. Теперь героине предстоит решить, что важнее: сохранить иллюзию прошлого или позволить будущему изменить их судьбу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Семь лет женщина воспитывает дочь в одиночку, скрывая от всех правду об отцовстве. Но когда её настоящий отец неожиданно возвращается в город, тайна грозит раскрыться. Теперь героине предстоит решить, что важнее: сохранить иллюзию прошлого или позволить будущему изменить их судьбу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Папа, маме плохо!
Глава 22
Я просыпаюсь не от звуков извне, не оттого, что кто-то трясет меня за плечо, и даже не от знакомых голосов рядом, а от жуткого, пробирающего до костей холода. Озноб бьет так, что сводит скулы. Кажется, что в комнате минусовая температура, а стоит открыть рот – пойдет пар.
Я кутаюсь плотнее в тонкое одеяло, но, кажется, становится только хуже. Тело деревенеет, отказывается слушаться. Я накрываюсь с головой, пытаясь понять, что происходит.
Где я?
Кто я?
Что я?
И далее по списку.
Всхлип дочери вспышкой возвращает в реальность, а голос Дениса помогает вспомнить цепочку последних событий. Я все еще нахожусь в пограничном состоянии, гоняя в голове остатки мутного сна, но уже могу внятно соображать.
Шаркающие шаги заставляют вынырнуть из-под одеяла, присесть на кровати, а яркий свет, внезапно загорающийся в комнате, зажмурить глаза.
На лоб опускается широкая мужская ладонь, обжигая нереальным холодом и временно загораживая лампочку.
– Черт, да ты вся горишь! – слышу встревоженный тон Воронцова.
– Пить хочу, – шепчу пересохшими губами. – Во-воды, – буквально стучу зубами от очередной толпы ледяных липких мурашек по телу.
– Сейчас. Где у тебя аптечка? Там есть жаропонижающее? – осведомляется командным тоном.
– Д-детское только. Сироп. На кухне. На самой верхней полке. В подвеске, – бросаю рваными фразами.
Тяжелый воздух не втягивается в легкие и не выталкивается наружу, напряженной пружиной концентрируясь в груди.
Воронцов застывает, оценивая мое состояние. Сканирует несколько секунд взглядом, качает головой и констатирует:
– Это не дело. Надо вызывать скорую. Или врача.
– Не надо, – останавливаю его, сглатывая вязкую слюну и пытаясь унять дрожь. – Это сейчас пройдет.
– Что пройдет, Яна? Ты себя со стороны видела?
– У меня просто поднялась температура, – настаиваю на своем. – Заразилась от Алисы. Это не страшно. Максимум пару дней. Отлежусь, и полегчает. Принеси лучше воды.
– Мамочка, тебе больно? – закусывает губы Алиса, стоящая в стороне.
Она смотрит испуганным взглядом в мою сторону, но подходить боится.
Я редко болею, чтобы вот так: с температурой, головной болью и, судя по времени суток, выпадением из реальности. Поэтому мой внешний вид явно пугает малышку.
Закутавшись в одеяло, я тихонько раскачиваюсь, сидя на кровати. Пытаюсь согреться, хоть и понимаю, что без жаропонижающего это бесполезно.
В памяти обрывками проносится утро, приезд Воронцова, совместный обед, а дальше провал. Я помню, как пришла к Алисе в зал, когда она смотрела мультики, помню, как раскалывалась голова и хотелось спать. Это было еще днем. А сейчас, судя по темноте за окном, уже ночь.
