Семь лет женщина воспитывает дочь в одиночку, скрывая от всех правду об отцовстве. Но когда её настоящий отец неожиданно возвращается в город, тайна грозит раскрыться. Теперь героине предстоит решить, что важнее: сохранить иллюзию прошлого или позволить будущему изменить их судьбу.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «(не)твоя дочь» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Семь лет женщина воспитывает дочь в одиночку, скрывая от всех правду об отцовстве. Но когда её настоящий отец неожиданно возвращается в город, тайна грозит раскрыться. Теперь героине предстоит решить, что важнее: сохранить иллюзию прошлого или позволить будущему изменить их судьбу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Семь лет женщина воспитывает дочь в одиночку, скрывая от всех правду об отцовстве. Но когда её настоящий отец неожиданно возвращается в город, тайна грозит раскрыться. Теперь героине предстоит решить, что важнее: сохранить иллюзию прошлого или позволить будущему изменить их судьбу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Неужели меня вырубило?
Боже, а как же Алиса?
Она все это время была одна? Или Воронцов остался у нас дома?
Он возвращается с кружкой и тремя пузырьками лекарств.
– Выпей пока это. После решим, что делать дальше, – протягивает мне детский сироп.
В инструкции я нахожу дозировку, дрожащей рукой отмеряю норму и запиваю горячей водой.
На языке растекается горько-клубничный вкус.
– Все хорошо, заяц. Не переживай. Маме скоро станет легче."
"– А папа кушать приготовил! Там все вкусное! – оживает Алиса, переводя взгляд на отца. – Мы тебя ждали. Когда ты проснешься. Пойдем, пока горячее?
Я бы и рада, но, боюсь, слабость и озноб ближайшие полчаса меня не отпустят.
– Попозже. Идите без меня, – улыбаюсь криво.
Смотрю умоляюще на Дениса, чтобы он позаботился и накормил дочь. И, кажется, он понимает.
Воронцов уводит Алису на кухню, но уже спустя пять минут возвращается обратно.
Приносит чашку с горячим чаем, оставляет ее на тумбочке и садится напротив, многозначительно глядя на меня.
– Ты так и не уходил после обеда? – задаю глупый вопрос, прекрасно понимая, что если бы он ушел, то назад бы без моей помощи не смог войти. А я все это время спала.
– Нет. Ты уснула. Алису я тоже спать положил чуть позже. К тому же у нее могла подняться температура, а будить тебя не хотелось, – уставшим голосом констатирует он.
– А как она себя чувствовала?
– Вроде хорошо. Но ты же знаешь, что во время болезни в любой момент может стать хуже? Поэтому я решил побыть тут. По крайней мере, до тех пор, пока ты не проснешься. Не оставлю же я ее одну?!
– У тебя ведь были важные дела? – возражаю робко.
Тянусь за согревающим напитком, выпутываясь из одеяла.
– И что? – Он так спокойно жмет плечами, словно речь идет не о бизнесе, а о простых посиделках с друзьями, которые запросто можно отложить на следующие выходные. – По-твоему, деньги важнее здоровья?
Я отвожу взгляд. Делаю маленький глоток чая, ощущая приятную кислинку лимона.
Привыкшая к другому отношению, к другой реальности, я не знаю, как вести себя в подобной ситуации. Благодарить?
Расшаркиваться?
Кланяться?
В конце концов, Алиса – его ребенок и, раз он появился в нашей жизни и выразил желание участвовать в ней, это как минимум нормально. Так и должно быть. Но все это время у меня перед глазами был другой пример. И в сравнении с ним Воронцов выглядит чуть ли не рыцарем в сияющих доспехах.
– Спасибо, – все-таки не удерживаюсь от благодарности.
– За что?
– Хотя бы за чай.
– Это мелочи. На кухне ждет ужин. Готовил, правда, не я. Заказал из ресторана. Так вкусно у меня не получится. Как полегчает – поешь.
– Ты уже уходишь? – истолковываю по-своему его последнюю фразу.
Внутри все ухает вниз. Сердце испуганно начинает колотиться о ребра от одной только мысли, что он оденется и исчезнет.
