Бывший легендарный убийца, потерявший свои силы и положение, вынужден заново доказывать свою значимость в мире, где его когда-то боялась мировая элита. Борьба за возвращение былого величия становится последней и самой опасной миссией в его жизни.
— Ты и об этом знаешь? — Валерия как-то погрустнела, — Я думала обменять эту информацию на помощь… Он захватил наше поселение, и теперь мы вынуждены отступать на север.
— Так в чём проблема? — я наигранно удивился, — Север он, знаешь ли, большой, места всем хватит.
— Он пустил по нашему следу погоню, я… — она замолчала, — Если мы примем бой, многие погибнут, я не уверена, что мы сможем справиться…
— Погоня, значит… — я задумался, — Мне нужны цифры…
Всё оказалось достаточно серьёзно. Валерия вместе с поселенцами отступала в Гремячинск — маленькую рыбацкую деревню, которая находилась у берега Байкала. Деревню по большей части использовали только летом для рыбной ловли, а на зиму консервировали и уходили в Улан-Удэ. Но сейчас речь шла не об этом, силы у поселенцев стремительно заканчивались, поэтому расстояние между солдатами, которых отрядили для погони на лошадях и броневиках, сокращалось.
— Нас догонят в ближайшие пять или десять часов, — пожаловалась она. — И мы ничего с этим сделать не сможем…
— Да, задачка не из простых, — ответил я. — Дай мне точные координаты, я постараюсь что-нибудь придумать.
— Спасибо… — ещё раз поблагодарила она меня, и мы закончили разговор.
Была ли она со мной искренней? А чёрт его знает. Хотела бы продолжить общение, давно бы связалась. Более того, могла бы и с Карамазовыми вместо своего попаши наладить связь, впрочем, это не мои проблемы.
Я задумался. С одной стороны, мне было по пути. Я бы мог с лёгкостью спасти и её, и поселенцев, тем самым раскрыв себя. А с другой, с чего бы мне им вообще помогать? Может, попросить что-то взамен? И что же я могу у них попросить? Не думаю, что после войны у них осталось что-то ценное, да и наживаться на горе мне как-то не очень хотелось.
Придётся помогать просто так. Мне всё равно туда лететь, так почему бы и не подсобить на перспективу? В конце концов, все мы люди, а людям надо помогать. И откуда у меня появились такие мысли? Я сам себе удивился. Никогда в жизни не занимался благотворительностью, но в последнее время я всё чаще стал за собой подобное замечать. Влияние настоящего Дмитрия? Кажется, подобные мыслишки про мир во всём мире у него проскакивали.
План полёта менять не стал, сначала выгрузим волков. Приходить с ними на перестрелку весьма глупо. Они мне ещё пригодятся в качестве разведчиков, и терять их просто так было бы слишком глупо.
