В зале штаба Российской Империи гремит атмосфера беспокойства и напряжения. Каждый сидящий на красном деревянном столе понимает, что перед ними катастрофа - Минск пал безжалостно и стремительно. В этих стенах собрались последние защитники империи, но надежды их недостаточно велики для того, чтобы задержать тяжёлые ветви русской войны....
Он сам вызвался администрировать процесс голосования, но все остальные поняли это по-своему и начали предъявлять претензии по любому поводу.
В итоге все мы оказались в обеденном зале. Несмотря на то что солнце уже начало выглядывать из-за горизонта и все жутко устали, расходиться было рано. Во-первых, голосование ещё не закончилось. А во-вторых, расходиться пока было некуда. Слуги, из тех, кто остался в живых, сейчас старательно убирали все помещения. Они отмывали полы и стены от крови, ремонтировали окна, потолки, другими словами, приводили помещения в порядок.
— Прошу всех успокоиться! — Павел Аркадьевич хлопнул в ладоши, чтобы привлечь внимание галдящей толпы к подиуму, на котором мы стояли. — Дмитрий хочет нам всем что-то сказать, а потом мы продолжим голосование.
— Спасибо, Павел Аркадьевич, — я кивнул ему и взял в руки артефакт с усилением голоса. — Во-первых, хочу вас всех поздравить с праздником! — я улыбнулся. — Сегодня у всех вас, без каких-либо исключений, — я посмотрел на Людмилу Михайловну, — второй день рождения!
Моя шутка, которая была вовсе не шуткой, зашла не всем.
— Да, да, не надо хмуриться, все вы понимаете, зачем Макаров появился здесь во второй раз, прихватив с собой сотню отборных головорезов, — продолжил я.
Я не стал скрывать правду — наоборот, люди должны были знать в лицо своих героев, то есть меня. Сколько можно прятаться, скрываться? Это раньше я пытался выжить, скрывая свою силу, но те времена, надеюсь, ушли безвозвратно. Теперь я должен набирать политические очки.
— И куда же они все делись? — спросил меня Иван, ухмыляясь другим родственникам. — Испарились, что ли?
— Все они были ликвидированы мной и моими людьми, — спокойно ответил я. — Можете не благодарить, но и шутить по этому поводу не стоит. Сегодня погибло много людей, а могло погибнуть ещё больше. Впрочем! — Я поднял указательный палец вверх.
— А армия? — задал вопрос другой родственник. — С ней, что вы будете делать?
— Заберу себе, — нисколько не сомневаясь, ответил я. — Пусть она вас больше не тревожит. Мои люди уже на подходе, и как только мы закончим здесь, я отправлюсь за Байкал, чтобы окончательно навести там порядок.
— А Собакиных вы тоже прижмёте? — задал вопрос тот же мужчина.
— Посмотрим, — я не собирался давать однозначного ответа.
