Встреча с настоящей Айсварной лишена логики — статуя и живой существа оказались почти точными копиями. И всё это вызывает тревогу, особенно когда мы осознаём, что никто из местных не поднял тревогу по поводу её появления. В энергетическом сгустке Аббревиата все чувствуют себя крайне неуютно, как будто это зовущее неведомым угрозой присутствие....
Он отправился за ним в другой мир… Зачем? Боялся, что другие не смогут его остановить? Мыслей у Николая было огромное количество, а вот разбираться с каждым случаем отдельно, времени не было. Война отбирала абсолютно все ресурсы, а здесь ещё и целая сеть предателей вскрылась, которую даже разведка долгое время не смогла обнаружить.
— Ваше Высочество, — послышался голос рядом, — Позвольте мне…
Реакция была молниеносной. Цесаревич использовал дар «телепорта», чтобы уйти от возможного противника.
Станислав, появился словно из воздуха. Даже «радар» не смог отследить его появление. Ни толчка в пространстве, ни всплеска энергии. Только голос, спокойный и очень холодный. Это, надо признать, выглядело весьма устрашающе.
Ераст предупреждал о некоторых способностях лунарианца. Но даже он не смог передать всего ужаса от личного столкновения.
О столь сильном маге цесаревича предупреждал и сам император. Более того, между ними состоялся весьма состоятельный разговор, в ходе которого император поделился личным опытом. В его голосе тогда впервые прозвучала искренняя тревога. Он рассказал о кровавых похождениях лунарианца в других мирах и о том, что приказал ему остаться в одном из них.
Он предупредил сына, чтобы тот всегда следил за лунарианцем. Всегда. Николай стиснул зубы. Было ощущение, что с ним летит не союзник, а ящик со взрывчаткой, который может взорваться в любую минуту.
Была бы его воля — он бы и связываться с ним не стал.
— Предупреждать надо! — выкрикнул Николай, когда Станислав вновь оказался рядом.
И опять он не смог отследить лунарианца через «радар». Логично было бы предположить, что он использовал какой-то дар, схожий с «телепортом», но так ли это на самом деле, уверенности не было.
