В невиданных широтах, где небо выцветало в бесконечный бледно-голубой цвет, сотни черных точек стремительно приближались. Эти чёрные хлопья снега казались настигающими нас. Шейла извивалась, пытаясь протереть глаза, в то время как я отчётливо видел угрозу, подстерегающую за горизонтом....
Причём не просто дыра, а настоящий храмовый портал.
Передо мной открылась широкая площадка, присыпанная веками накопившимся пеплом и обломками камней. В центре её шла массивная лестница, ведущая вверх к величественному проёму. По обе стороны лестницы возвышались две огромные чаши на постаментах. Даже отсюда было видно, что их внутренности покрывала толстая корка сажи. Значит, когда-то здесь полыхал такой огонь, что его должно было быть видно на многие километры.
Над входом поднимался массивный фронтон, удерживаемый четырьмя колоннами, каждая из которых была толще ствола столетнего дуба.
— А вот это уже интересно… — прошептал я, подняв взгляд на барельеф, высеченный прямо на фронтоне.
Огромный огненный дракон, который извергал из своей пасти струю адского пламени. Казалось бы, чего здесь необычного? А нет… Он извергал это пламя в такого же дракона, вернее, во Владыку Хальдроса или же похожего на него дракона.
Я ведь и сам пришёл сюда с той же целью — сразиться с Хранителем и вырвать у него силу, чтобы потом передать Борею.
Меня охватил приступ жадности. Внутренний хомяк требовал ничего никому не отдавать, но я быстро одёрнул себя. Делить шкуру неубитого медведя — дело глупое, а главное, я прекрасно знал, что если решу оставить силу себе, то Борей меня сотрёт в пыль, на этот раз окончательно.
Я выдохнул и, отогнав соблазн подальше, сосредоточился на деле. Бежать внутрь сломя голову — верх идиотизма. Слишком уж много ловушек могло ожидать меня за каждым поворотом. Поэтому я решил поступить привычным способом — вперёд пойдут клоны.
Приземлившись у входа, я направился сразу к входу. Теневые клоны рождались один за другим, и вскоре десятки фигур рванулись в темноту храма.
Пусть и здесь поработают, как когда-то в пещере Хлада.
