Мир холода и сильных порывов ветра, где скалы кажутся грозными башнями над лагерем Шейлы и Белмора. Лагерь укрылся под темной стеной скалы, прикрываясь от стихии и самого опасного Владыки Хальдроса, который сейчас внимания не обращался.
Софья улыбнулась, а в зале стало ощутимо шумнее, уже совсем скоро предстояло главное действо вечера."
"Сергей даже не заметил, как зал успел наполниться до отказа. Минуту назад казалось, что места ещё достаточно, а теперь каждый стол был занят. Офицеры сидели плотными рядами: одни переговаривались о службе и фронтовых слухах, другие сосредоточенно уплетали деликатесы, не веря собственному счастью. Но больше всего выделялись те, кто уже налегал на алкоголь. Эти умудрялись хохотать в голос и стучать бокалами так, что официанты едва успевали подносить новые бутылки.
Когда двери распахнулись, и в зал вошёл главнокомандующий, гул смолк сам собой. Все без исключения вскочили со своих мест, и воздух прорезал гром аплодисментов.
— Конрад Дубенвальд собственной персоной, — сквозь овации шепнул Клаус, наклонившись к Сергею.
Можно подумать, что я не знал. Фыркнул про себя Сергей и кивнул ему в знак благодарности, но взглядом снова вернулся к Софье.
Советник Андерс тут же выскочил вперёд и поспешил к Дубенвальду. Он поклонился так низко и с таким усердием, что это выглядело почти смешно.
— Дамы и господа! — на сцену выбежал мужчина с блестящими, прилизанными назад чёрными волосами. Его мундир был идеально выглажен, а улыбка сияла так ярко, что резала глаза.
Зал взорвался овациями. Казалось, весь бункер только и ждал момента, чтобы разрядить напряжение последних недель. Люди хлопали, смеялись, даже кричали приветствия.
