Отставной офицер разведки возрождается в телах троих гимназистов конца XIX века. Обладая боевыми навыками и опытом взрослого человека, герой должен адаптироваться к новой реальности и научиться управлять тремя телами одновременно. Перед ним встают необычные испытания, где знания прошлой...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Одинаковые. Том 2. Гимназисты»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Отставной офицер разведки возрождается в телах троих гимназистов конца XIX века. Обладая боевыми навыками и опытом взрослого человека, герой должен адаптироваться к новой реальности и научиться управлять тремя телами одновременно. Перед ним встают необычные испытания, где знания прошлой...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Отставной офицер разведки возрождается в телах троих гимназистов конца XIX века. Обладая боевыми навыками и опытом взрослого человека, герой должен адаптироваться к новой реальности и научиться управлять тремя телами одновременно. Перед ним встают необычные испытания, где знания прошлой...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
"Одинаковые. Том 2. Гимназисты
Глава 1
Ненадолго мы потеряли сознание от взрыва. Возвращение в реальность было внезапным — в первые мгновения даже не сообразил, что вокруг происходит, и почему в глазах как-то троится. Даже не так, я вижу потолок с разных ракурсов. Но спустя секунду все вспомнил и осознал, что просто очнулся и теперь нахожусь в телах братьев Горских. У меня одно сознание на трех человек. А мое прошлое «Я» в лице отставного майора разведки Андрея Семеновского осталось в двадцать первом веке.
В голове быстро прокрутилась недолгая, но насыщенная жизнь подростков с момента рождения до восьмилетия. Картинки наших приключений в Забайкалье на границе с Китаем пролетали одна за одной. Путь по сибирскому тракту с берегов Аргуни до Екатеринбурга, за время которого пришлось пройти множество испытаний. Дорога была не ласкова к малолетним путешественникам, встречались на пути лихие люди, и стихия упорно пыталась нас остановить. Но мы с честью все выдержали, окрепли, обрели новых друзей и в конечном счете достигли своей цели Санкт-Петербурга.
Помню, как выходим из вагона на перроне, потом из толпы выскакивает бомбист… И дальше все как в тумане. А теперь мы лежим… на больничных койках?
В этот момент тело одного из наиболее пострадавших близнецов потребовало воды. И устами Леши я прохрипел:
— Пить, пить, пожалуйста…
— Сейчас, сейчас милый, потерпи немного, — отозвалась какая-то женщина.
Через минут пять всех братьев напоили прохладной, но по вкусу кипячёной водой из какой-то непонятной склянки.
Сознание вернулось всем братьям, но в теле еще ощущалась слабость. Я попробовал пошевелить конечностями. И выдохнул облегченно:
— Фуух, руки ноги на месте, а мясо нарастёт.
Слава богу, что не превратились в одноруких или одноногих — уж такой вариант развития событий, точно не входил в мои планы, и конечно же кардинально мог изменить мою с братьями жизнь.
Тут я вспомнил про Кузьмича: — Где он, что с ним?
Мы же вместе добрались на поезде до столичного вокзала, а дальше, как отрезало, какой-то провал в памяти, и вот мы в больнице… Да, это точно какая-то больница. Стены, потолок и кушетки с пациентами я уже отчетливо мог разглядеть.
— Барышня, барышня! — хриплым голосом позвал я женщину из медицинского персонала.
— Какая я тебе барышня, Марья Ильинична я.
— Подскажите, что с нами произошло? Мы ехали в столицу с опекуном Егором Кузьмичом Кулагиным и после того, как вышли из вагона, как отрезало — ничего вспомнить не могу. И где Егор Кузьмич, вы знаете?
— Ну, милок, дык вы три дня в беспамятстве здесь пролежали, как привезли вас с вокзала.
