Взрыв вернул вас обратно к реальности, но первые мгновения ощущались как выхол冻结冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冷。Теперь вы находитесь в трех телах братьев Горских, и ваше сознание разделилось. Как загадка в серых кабинках, вы пытаетесь понять, что происходит вокруг вас, и каким образом вы оказались здесь....
И где Егор Кузьмич, вы знаете?
— Ну, милок, дык вы три дня в беспамятстве здесь пролежали, как привезли вас с вокзала. Там же намедни террористы бомбу кинули в генерал-губернатора московского Великого князя Сергея Александровича, убитых аж двенадцать душ, а пострадавших и того больше! Вас то привезли сюда в Обуховскую больницу, ну а кого-то по другим развезли, мне откуда знать, где ваш Кузьмич. Слава богу, что сам князь жив остался, правда пораненный шибко. А жандармы за эти дни весь город с ног на голову перевернули, — раскудахталась женщина.
— Марья Ильинична, дорогая, прошу тебя, попробуй узнать, может доктора спросить, наш опекун Егор Кузьмич Калугин, с нами был, где он теперь, и жив ли? Мы же в город учиться приехали, в гимназию поступать, а у него документы все наши были.
Все прояснилось, только лишь через два дня. К этому времени мы с братьями уже более или менее пришли в себя. Смогли самостоятельно передвигаться, и начали потихоньку с помощью простых физических упражнений приводить тело в порядок.
У нас с братьями по всему видать была контузия от близкого разрыва бомбы. Еще немного досталось осколками. Никите пропороло плечо, а Лехе посекло лицо над правой бровью.
Так вот через два дня после того первого разговора с Ильиничной, нас навестил стряпчий Томских, наш знакомец по путешествию из Екатеринбурга в столицу. И вместе с ним в помещение вошел не кто иной, как сам Кузьмич! Оказалось, что нашего опекуна тоже зацепило каким-то камнем, выбитым взрывом из перрона, но теперь он уже стоял перед нами с забинтованной головой и рукой на перевязи.
Повезло, что семья Томских успела раньше нас отойти от злосчастного вагона, и взрывом их не зацепило.
