Она, мать шестерых детей, не видела их уже несколько лет, и все из-за любви к тебе. Я поставил тебя вне закона и отобрал все, но она осталась с тобой. Я не могу простить такую любовь ни тебе, ни ей, не могу приказать ей не любить тебя, но могу повелеть не выходить за тебя замуж и с радостью увидеть, как она исполнит это повеление.
– О боже, Джейми! Неужели у тебя нет сердца?
– Любовь, – произнес король. – Не понимаю, что это такое. Никто никогда не любил меня, да и сам я не любил никого, кроме Кэт. То есть я думал, что чувство, которое испытывал к ней, называется именно так, однако не был в этом до конца уверен, поскольку в этом неопытен.
– Тебя, Джейми, любит королева, да и ты, я считал, ее тоже любишь.
– Нет, Френсис. Черт возьми! У нас с Анной нет ничего общего, хотя, возможно, оно скоро появится: она беременна и должна разрешиться этой зимой. Впрочем, ей нравится быть королевой.
Граф Ботвелл с мольбой посмотрел в лицо своему царственному кузену и вдруг опустился на колени.
– За все годы, что мы знали друг друга, я мало о чем тебя просил, но теперь я умоляю: позволь нам с Кэт пожениться. Мы покинем Шотландию и будем жить тихо там, где ты нам позволишь. Только, ради Христа, не отнимай ее у меня.
В первый раз за всю свою жизнь Джеймс – наконец-то! – ощутил превосходство над кузеном Френсисом. Пограничный лорд оказался в его полной власти, у его ног. Это чувство было настолько радостным, что король едва сдержал крик восторга. Френсис, никогда не выказывавший слабости, стоит перед ним на коленях и молит… о чем? Всего лишь о женщине! Хотя нет: она ведь не просто женщина – она женщина необыкновенная. Так ведь и Френсиса Хепберна не назовешь обыкновенным мужчиной! Похоже, они и правда стоили друг друга. До чего же правильно он поступил, решил Джеймс, не позволив свершиться этому браку.
Опустив взгляд на стоявшего перед ним на коленях кузена, он приказал:
– Встань, Ботвелл. Негоже так унижаться некоронованному королю Шотландии. Да, я знаю: Катриона подходит тебе как никакая другая женщина. Но, к сожалению, обычно короли и королевы не бывают счастливы в любви. Не вижу, почему у вас с Катрионой должно быть иначе. Даже если бы ты прополз в ад и обратно на коленях, я не изменил бы своего мнения. Что касается твоих земель и титулов… Они будут тебе возвращены и до тех пор, пока мы с тобой живем в мире, ты ими владеешь, но первого сентября я хочу видеть Катриону Лесли здесь, в Эдинбурге, чтобы вернуть ее мужу.
– Да иди ты к черту, Джейми! – воскликнул Ботвелл. – Она никогда не вернется к Патрику Лесли! Я не позволю!
– Вернется, Френсис.