Для большей убедительности она пошла даже на расходы по перестройке, якобы для себя, нескольких помещений в западной башне, которые некогда принадлежали ее прабабке Джанет, до того как у нее появился собственный замок в Сайтене. С тех пор эта башня не использовалась, но Катрионе иногда казалось, что здесь до сих пор бродит дух этой дамы, и она даже говорила с ней вслух.
– Ну что ж, мэм, я опять попала в переделку. Ты всегда предупреждала нас, чтобы держались подальше от Стюартов. Мое своеволие принесло всем нам немалые беды, и вот теперь я должна бежать из собственного дома или покориться королю.
Она подошла к окну спальни и, словно чтобы запечатлеть в памяти, стала медленно рассматривать окружавшие Гленкирк холмы, что тянулись до озера Сайтен и до Грейхейвена, дома ее детства. Попыталась она представить и прабабку, ожидающую своего любовника, Колина Хея, владельца Грейхейвена. «Что ж, если она могла пренебрегать условностями, то чем я хуже?» – подумала Кэт и вздохнула.
Прошло почти три года с того ужасного дня, когда она стояла на мысу Раттрей и смотрела, как проклятое судно уносит возлюбленного. И все это время от него не было даже весточки. Наверняка за это время немало женщин перебывало в его постели, но нашлась ли среди них та, что заставила бы его забыть о Катрионе? Господи! Пусть этого не случится!
И когда в агонии сомнения она закрыла глаза, перед ее внутренним взором возникло его лицо: любимое, дорогое ей лицо, изборожденное морщинами, с глубоко посаженными сапфировыми глазами, чувственными губами, элегантной коротко подстриженной бородкой, которую он всегда носил.
Прислонившись к холодному камню, она вспоминала твердость его широких плеч, большие ладони, нежно гладившие ее длинные волосы, и вдруг, впервые за долгие месяцы, расплакалась. Катриона вспомнила и оплакала Патрика Лесли и те счастливые годы, которые они прожили вместе, пока Джеймс не разрушил их жизнь, но больше всего слез пролила по графу Ботвеллу, безжалостно изгнанному и обездоленному из-за ревности кузена. Френсис ведь так любил свой Эрмитаж и милое его сердцу пограничье, а теперь вынужден скитаться по Европе, один, без друзей.
Она поклялась себе, что будет искать его по всей Европе, а когда найдет… Что, если он женился? В конце концов, даже Френсис может пойти на компромисс со своей честью, чтобы просто выжить. Нет! Этого не может быть. Он женится только на ней, а потом Джейми переправит им детей, и они мирно доживут до глубокой старости, вдали от интриг двора.
Но прежде ей предстоит встреча с кузеном Джейми. Он непременно попытается забраться к ней в постель, когда приедет на свадьбу.