И как ее прабабке удалось прожить столько лет в этом диком мире? Итак, ее сделали женой, не спросив согласия и даже не потрудившись поставить в известность. Теперь понятно, почему Хаммид так настаивал на том, чтобы она как можно быстрее приняла ислам.
Он притворялся ее другом, убаюкивал ложным чувством безопасности, делая это с целью помочь своему господину. Ну что же, она сыграет в эту игру, но по своим правилам, так что Хаммид ни о чем не догадается. Она справится с ролью второй жены, обожающей супруга, и не позволит одолевавшей ее ярости вырваться наружу. Пусть думают, что смогли усмирить ее и укротить.
Лодка приближалась к причалу на острове, и до Катрионы донесся аромат цветов.
– Господин мой, – сказала она негромко, – мы почти прибыли, и я хотела бы привести в порядок свою одежду, чтобы рабы не увидели то, что им не полагается видеть.
Вздохнув, он поднял голову.
– Мне было так хорошо, возлюбленная.
– Вскоре мы окажемся на брачном ложе, мой господин, и вы сможете опять подремать на вашем любимом месте, – игриво пошутила Катриона.
– Вряд ли получится отдохнуть этой ночью, жена, – возразил он с такой страстью, что она поежилась.
Лодка с легким стуком ткнулась в причал, и гребцы выпрыгнули, чтобы покрепче ее привязать.
– Вы не нужны до утра, – сказал визирь их начальнику. – Присмотрите, чтобы рабов получше устроили, но цепи не снимайте, иначе слишком велико будет искушение бежать. – Склонившись, он протянул руку Катрионе и помог выбраться из лодки. – Сожалею, но нам придется пройтись пешком, любовь моя, но я не хотел в такую ночь тащить с собой еще и кучу рабов с паланкином.
– Мой господин забывает, что перед ним не изнеженная восточная красавица. В моей стране женщины не только ходят пешком, но и ездят верхом. Веди меня, и я последую за тобой.
Они стали подниматься вверх по ступеням, выбитым в скале, и Катрионе остров показался просто высоким утесом. Однако она была приятно удивлена, обнаружив на плоской вершине прекрасный, заботливо возделанный сад, в центре которого красовалась мраморная беседка. Луна светила так ярко, что можно было различить даже некоторые цветы. Катриона узнала дамасские розы и бальзамины, бугенвиллеи, золотые шары, лилии, сладкие ночные фиалки и благоухающий табак. Росли здесь и деревья, ветви которых сгибались под тяжестью созревших груш и персиков, а вокруг небольших журчащих фонтанов стояли кипарисы, сосны и другие декоративные деревья.
– Как все здесь изысканно, – с восторгом произнесла Катриона.