Автор
В темном аэропорту жестокие истерики и унизительный вылет отодвинули неизбежное — смерть приближается, но еще нет конца. Встреча родственников в душной машине огнем обжигает каждый эпизод: боль, ненависть, предательство и страх. Неверный уход нарастает по жестам и взглядами, а сама жизнь кажется последней игрой под надрывом....
Начну вырываться или кричать и выдам себя.
Охотник хитер, но и добыча не первый раз под прицелом.
Марфа права: я выжила в таежной реке. И точно справлюсь в центре столицы.
Внутри что-то сломалось. Барьер, который сама годами складывала из кирпичиков страха и комплексов.
Вместо того чтобы вырываться и все отрицать, я, наоборот, прильнула к Сабурову, привстала на носки и потянулась к его уху, прошептала:
- Ты хочешь похоронить застройку в Краснодарском крае, я хочу закопать Ивана Вербицкого. Не буду оскорблять тебя пафосными банальностями, просто скажу, что мы можем помочь друг другу, - и поцеловала его за ухом.
Сабуров вздрогнул, я почувствовала это всем телом, так близко мы стояли друг к другу. От пьянящего ощущения мимолетной власти над мужчиной в груди растаяли последние отголоски страха.
- Кто ты? – прошептал Николай, слегка отстраняясь от меня и снова вглядываясь в лицо, будто искал знакомые черты, но не мог найти.
На мгновение возникло желание довериться ему, рассказать все.
Абсолютно все!
Про то, как Иван стрелял в меня, как я, истекая кровью, из последних сил, выбиралась на берег.
Довериться…
Всего на один момент, но я быстро подавила это желание. Нельзя доверять мужчине, который следил за мной и проверял. Но мне нужна была его помощь, поэтому я натянула на губы улыбку, фальшивую, как бриллианты в кино, и ответила:
- Никто, женщина-загадка, - и сразу же пошла в атаку, не позволяя охотнику перезарядить карабин, - так, ты поможешь мне попасть на закрытую вечеринку Смехова?
- Я бы спросил: зачем? Но ты же не ответишь, - Сабуров легко погладил меня по спине, - а откажусь – полезешь одна, рискуя сломать себе шею.
Моя улыбка стала ослепительнее и еще фальшивее.
- Помогу, при одном условии: в клубе от меня ни шагу, - задумчиво произнес Сабуров, и, гася возражения, приложил указательный палец к моим губам, - это не обсуждается.
Он выразительно посмотрел на Стаса.
Глава 18
Глава 18
Улыбка на губах дрогнула, но не сползла. К наблюдательности Сабурова я тоже начала привыкать.
Николай отпустил меня, дружески махнул детективу. Стас поперхнулся сигаретным дымом и бросил на меня вопросительный взгляд.
