Автор
В темном аэропорту жестокие истерики и унизительный вылет отодвинули неизбежное — смерть приближается, но еще нет конца. Встреча родственников в душной машине огнем обжигает каждый эпизод: боль, ненависть, предательство и страх. Неверный уход нарастает по жестам и взглядами, а сама жизнь кажется последней игрой под надрывом....
Алкоголь разлился по телу приятным теплом. Игра в кошки-мышки затягивалась, пора переходить к делу.
Сделала еще глоток, чтобы набраться уверенности. Про эту часть плана знали только я и Стас, Ник взбесился бы, если бы был в курсе. Он отпустил меня в стан врага только убедившись, что сможет вытащить меня, если что-то пойдет не так. Уже пошло, удушения в нашем плане не было.
Я подошла к камину, поставила бокал на полку, чуть не уронила его, когда заметила на ней фотографию в вычурной золотой рамке. Снимок был сделан на нашей с Иваном свадьбе.
Как же сильно меняется восприятие, когда узнаешь жизнь с такой стороны, с какой довелось мне. Раньше я любила эту фотографию. Даже оставила безвкусную рамку – подарок родителей Ивана, радовавшихся, что удалось пристроить сына, женив на богатой, безвольной невесте. Теперь от одного вида собственной улыбки меня замутило.
Как можно было быть такой дурой?!
Не поворачиваясь к Ивану, расстегнула сумочку и достала из нее красную флешку.
Прости, Ник, но я должна сделать все, чтобы муж ответил за то, что сделал с этой наивной, полной девушкой с фотографии.
Повернулась к Ивану.
- Здесь то, что вам нужно. Голова Николая Сабурова на блюдечке. Информация о денежных средствах, кому, сколько и за что, которые Сабуров переводил чиновникам, чтобы скрыть, что отельный комплекс на Камчатке построен в нарушение норм и может сложится карточным домиком во время землетрясения.
Иван приподнял в удивлении бровь, отсалютовал мне бокалом.
- Хорошо, но мало, - ответил он, подойдя ко мне. Поставил свой бокал рядом с моим.
- Это не голова. Так… ушко, - ухмыльнулся муж и провел кончиком указательного пальца по моей мочке, поиграл с сережкой и спустился к шее, затем к декольте и чуть оттянул платье, углубляя вырез и проявляя больше интереса к моей груди, чем к информации о конкуренте.
Я мысленно торжествовала.
Да, милый, любуйся. Для этого я надела платье, достойное эскортницы, чтобы ты смотрел на меня и забывал о делах.
- Тогда, как насчет сети элитных эскорт-агентств, которые работают на курортах Сабурова под видом, - я закатила глаза и цокнула языком, - массажных салонов.
Иван насторожился. Если эта информация всплывет, то похоронит репутацию Сабурова.
