Автор
Виктория, привет! Ты уже слышала про нового хозяина торгового центра? Нет? Да и какая мне разница? Задумываюсь на секунду: открыть детскую танцевальную студию я оформила внушительный кредит в банке. На то, чтобы начать свой бизнес с нуля, потребовалось время и огромные усилия — вот к чему привела ситуация вокруг нового владельца торгового центра. Внутри атмосфера магазина наполняется невеселым ожиданием, словно подкопченная бухта на фоне приближающейся бурь....
Похоже, «Неверный муж (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Смотрю за тем, как Матвей разговаривает по телефону, по всей видимости, с родителями гонщика. Тот, виновато глазеет под ноги. После Андреев поднимает мой велосипед и проверят его на целостность. Взявшись за руль, везет к нам.
- Как ты? – спрашивает приближаясь.
- Нормально, - сообщаю равнодушно.
- Марк, - говорит Матвей, доставая из кармана банковскую карту. – Пойди купи маме кофе. Американо, как она любит.
Головой указывает на киоск на другой стороне набережной.
- Хорошо, - нерешительно говорит Марк и воинственно добавляет.
Эта трогательная забота сына почему-то бьет под дых и заставляет мою броню треснуть даже больше, чем тот факт, что Матвей помнит, какой именно кофе я люблю.
- Иди давай, - легко улыбается Андреев. – Не обижу, конечно.
Смотрю вслед удаляющемуся сыну и перевожу взгляд на опухшую ногу. О каблуках и юбках можно забыть. Досадно вздыхаю, вытирая руки о футболку.
- Больно? – Матвей садится рядом, снова заполняя воздух вокруг собой.
- Терпимо.
- Дай посмотрю.
Его бережное прикосновение обжигает локоть.
- Не надо, - резко выдираю руку.
- Ты… ты что боишься меня? – спрашивает он непонимающе.
- А что? У меня нет повода?
- Я…
Матвей виновато растирает лицо ладонями.
- Прости, - говорит на выдохе. – Я перегнул палку. Как мудак на тебя набросился.
- Я даже отрицать не буду! – фыркаю, растирая ногу.
Вместе с тем атмосфера как-то враз расслабляется, впервые за последний месяц становится чуточку комфортнее. Словно несколько стен непонимания между нами разрушили.
Матвей широко улыбается и давит смешок.
- Не пощадишь моё самолюбие, да?
- Да пошёл ты, Андреев, - бью кулачком его в плечо. – Твоё самолюбие давно пора подрезать как следует.
- Даже так? – его брови изгибаются, а на лице появляется очередная ухмылка, от которой умственные способности отключаются.
Мы что? Флиртуем?
- Так, - соглашаюсь, склонив голову.
- Пожалуй, спрячу все ножи в среду. Мало ли.
Сердце устремляется вскачь, а низ живота заливается теплом.
Он… Вздыхаю. Несмотря ни на что от него веет счастьем. Прошлым.
Моя жизнь два года назад разделилась на «до» и «после».
Так вот, у Матвея запах моего «до». Терпкий, крышесносный. Сейчас рядом с ним хочется не дышать, чтобы не дай бог ничего не вспомнить. Потому что у воспоминаний слишком горькое послевкусие из тягостных мыслей.
Например, о его жене.
