Автор
В нейтральной атмосфере напряжения и сомнений, юная медсестра страстно влюбляется в своего пациента, которому требуется операция. Ее чувства переплетаются со сложной хирургической ситуацией, приковывая к себе внимание главного врача. Неверный выбор и отчаянная любовь создают драматическую атмосферу, в которой каждый шаг становится жизни или смерти пациента....
— Не думаю, — встряхивает головой, отгоняя от себя наваждение. — Просто имя всплыло в голове.
— Ты угадал…
Рваным движением он оттягивает влажный ворот футболки, тяжело дышит, будто ему не хватает кислорода, и с протяжным, растерянным «Мда-а-а» проводит пятерней по короткому ежику на затылке. Держит меня на расстоянии, словно боится дать слабину и показаться уязвимым. В этом весь Михаил. Суровый Медведь без чувств и эмоций, боевая машина, но под стальной бронёй скрывается обычный ранимый человек, который потерял себя на целых семь лет.
— Бирюк, — бросаю в шутку, уносясь мыслями в прошлое, когда между нами были стычки.
Невозможно подобрать адекватных ситуации слов, поэтому я молча обнимаю брата, ломая его защиту. Ледяной истукан оттаивает, неуклюже хлопает меня по спине.
— Сопляк, — парирует он на автомате. Точь-в-точь как много лет назад.
— Михаил, у вас какие-то проблемы? — врывается в кабинет директор. — Извините, что без стука.
Мы одновременно поворачиваемся к ней, синхронно хмуримся. Она в этот момент наверняка думает, что свихнулась или у нее в глазах двоится.
— Никаких проблем, — сурово чеканит брат. — Ко мне семья приехала, отмените тренировку.
— Но… — она хочет поспорить, однако так и не решается. — Хорошо. Поставлю вам сегодня выходной. Вы знаете, что я всегда готова пойти навстречу. Вы столько сделали для нашего клуба, вложили силы и средства, — лебезит перед ним.
— Угу, — буркнув равнодушно, Миша направляется в раздевалку, на ходу стягивая с себя мокрую футболку.
Директор стыдливо отводит взгляд и удаляется, а я отступаю к Амине, которая все это время сидела тихо, как мышка. Мягко улыбнувшись, она ныряет в мои объятия.
— Я так рада, что вы нашли друг друга, — растроганно всхлипывает, но почти сразу же отшатывается от меня. — Но от тебя воняет его потом. Прости, — морщит носик.
— Беременяшка моя любимая, — по-доброму смеюсь, но больше не приближаюсь к ней. Токсикоз — коварный зверь.
— Твоя жена ждёт ребёнка?
Миша быстро возвращается, переодевшись за считанные минуты. Армейское прошлое дает о себе знать. Пока горит спичка... Сейчас на нем обычный свитер, тёмные джинсы и ботинки. За семь лет его стиль поменялся на спортивный, но военная выправка и сила духа никуда не делись.
— Да, у нас будет мальчик.
Я аккуратно приобнимаю Амину за талию.
