Автор
История о сложных отношениях и скрытых чувствах. Героиня оказывается свидетельницей страстного любовного треугольника, когда чужой мужчина становится центром внимания беременной соседки. В палате разворачиваются события, которые заставляют задуматься о верности, желании и границах...
— Наверное, я должна тебе предложить остаться, но я не готова, правда, — честно призналась я, и он лишь понимающе ухмыльнулся."
"— Давай еще побудем во френдзоне, если тебе так спокойнее. Но я бы долго откладывать не стал, — окинул многозначительным взглядом.
Его прощальный поцелуй только доказал, что Богдан не против продолжить наше общение ночью, и я в который раз убедилась, насколько мужчины ко всему относятся проще. Если бы я так могла!
Может он прав? Может, не надо так усложнять?
С этими мыслями приезжаю в понедельник с утра в офис. Я приехала на десять минут раньше, но автомобиль Айдарова уже стоит на парковке. Вхожу в кабинет, но не успеваю переступить порог, как дверь за мной закрывается, я оказываюсь к ней прижата, а надо мной нависает Айдаров.
— Так ты живешь с ним или нет, Соня? Я так и не понял.
Глава 25
СоняВопрос повисает в воздухе, а я изумленно таращусь на Айдарова.
— Что значит не понял? Ты за мной следил?
Он не отвечает, сверлит глазами, и ледяной страх заползает внутрь, сворачиваясь клубком. Мне становится ясно без слов.
Рустам узнал, где я живу, и установил за мной слежку. Так что скоро от моих тайн останутся одни воспоминания.
Смотрю на его хмурое лицо, сурово сведенные на переносице брови, и меня накрывает. Сначала отчаянием, что бывший муж узнает о дочери, а следом возмущением, что он так беспардонно вламывается в мою жизнь.
Вглядываюсь в черные буравящие глаза, пытаясь определить, что мог видеть Айдаров. Он спрашивает о Богдане, и если возник вопрос о нашем совместном проживании, выходит, Рустам видел, как Богдан приезжал, а потом уезжал?
Это что, он целый день в засаде сидел? Или все выходные?
— Чего же ты молчишь, Рустам? Отвечай, ты шпионил за мной? — не сдерживаюсь, толкаю его ладонями в грудь. И сразу жалею о своей несдержанности, потому что память вмиг отзывается болезненными воспоминаниями.
Его грудь твердая как камень. Он всегда таким был, мой бывший муж. Богдан вообще другой, хоть тоже занимается спортом, но в нем это проявляется совсем иначе. А у Айдарова все железобетонное — и мышцы, и характер, и…
А вот это лишнее. У меня сосуды расположены слишком близко к поверхности кожи, я сразу наливаюсь краской. Вот и сейчас они выдают меня с головой, а Рустам как будто читает мои мысли.
Хищно ухмыляется и отстраняется.
— Понял, не живешь. Так к чему тогда все эти россказни про семью, Сонь?
А ведь он не видел Майю, мелькает догадка, иначе разговор бы сейчас шел совсем в другом русле. И другим тоном.
